На пути Орды

Мелькнуло в сознании: не меньше четырех «g» …

Ловя равновесие, чтобы сползти на пол, а не упасть, не рухнуть, он случайно схватился за лонжи, протянутые под потолком контейнера, и тут же неимоверно потяжелевшее тело стало разрывать руку. Отпустить было нельзя: при такой перегрузке падение с высоты собственного роста – тяжелое увечье либо смерть.

Неожиданно перегрузка исчезла, все вокруг стало зыбким, светящимся неверным светом, окружающие предметы таяли на глазах и возникали, проявляясь вновь…

* * *Затерянный, укромный прудик в лесной чащобе, заросший местами густым камышом и болотником, замер, окутанный проступающим сквозь чернила ночи призрачным светом раннего утра первого летнего дня.

Лес еще не встретился с солнцем и потому был наполнен пока тишиной и запахом хвои.

Три девушки лет по семнадцать-восемнадцать брызгались, стоя по пояс в воде…

– А весело как!

– Совсем и не холодно.

– А еле залезла!

– Ну, с непривычки…

– Костер надо было сперва развести.

– С тобой разведешь.

– На волосы не брызгай, жених заикаться будет!

– Ой, что это?

– Где?

– Да вот, смотри!

На противоположном берегу пруда, прямо напротив девушек, начало прорисовываться нечто непонятное – здоровое, размером с самый большой амбар, блестящее и сверкающее тусклым металлом яйцо, неверно колеблющееся в утреннем белесом солнце…

Девицы застыли как вкопанные…

По здравому размышлению в этот момент уже полагалось бы бежать сломя голову, спасаться от очередной выдумки Дедушки Лешего, но женское любопытство сильнее любых суеверий.

Березы, мешавшие яйцу занять выбранное им место, с треском легли веером, вывернутые из земли с корнем.

Даже издалека было видно множество кругов, появившихся на поверхности пруда там, у самого берега, возле яйца: это от страха с восторгом пополам попадали в воду лягушки. На исполинских соснах, растущих за спиной девушек, заметались белки. Енот, «стиравший» что-то в тихой заводи между яйцом и девушками, остановил работу, кинул на яйцо внимательный, оценивающий взгляд, съел постиранное и, повернувшись, исчез в прибрежных кочках.

Внезапно всем девицам пришла в голову одна и та же мысль: птица, отложившая такое яйцо, без труда склюет любую из них. Именно в этот момент небольшое, но довольно плотное облачко закрыло солнце; на лес и на прудик быстро упала тень…

– А-а-а! – крик ужаса, пронесясь на прудиком, заметался меж стволов лесной чащобы.

– Это облако, – заметила вдруг одна из девушек, прервав крик на половине запасов воздуха в легких.

– Действительно… – осеклись две остальные.

Девушки замерли.