На пути Орды

 – Сгорим!

– Так надо потушить! – крикнул Аверьянов окружающим: – Вы дети, что ли?!

– Это не потушишь!!! – с болью в голосе крикнул Шило.

– Греческий огонь! – Жбан тем не менее скатился с настила, ища глазами ушат.

– И под водой горит! – со слезами на глазах застонал Афанасич.

– Ну, вы даете! – мотнул головой Коля. – Вот уж командировочка! Сто пудов! Сплошные колуны и чурки! Стреляй, отвлекай, пугай их! – крикнул он обезумевшим, разрывающимся надвое защитникам, пытаясь с помощью мегафона заглушить общий вселенский вой и панику. – Туда смотреть, на поле! Пожар на мне!

* * *С треском распахнулись двери склада.

Примитивный замок отлетел на пять метров от рывка Аверьянова… Он бросился к тюку: «Пожаротушение»…

Пенная струя ударила по бревнам, мгновенно гася уже метровые очаги пожара… Коля плясал с огнетушителем, экономно расходуя пену, ни грамма лишнего… В пожаротушении он был знаток.

Внезапно в нем колыхнулось чувство глубокой тревоги: уж больно окружающая его действительность, неприкрытая правда резала глаза…

– А вдруг и в самом деле? – спросил он сам себя вслух, сам еще не понимая до конца, что он имеет в виду.

…Он еще не успел вскочить на стену к защитникам, как женский вопль вперемежку с визгом стеганул его по ушам.

Николай резко отскочил, опасаясь внезапной атаки, – вой мог быть и предупреждением… Но это было не предупреждение: с настила, со стены сползал мужчина лет тридцати пяти, пронзенный стрелой насквозь, прямо в сердце…

– Лося убили! – вскрикнула в один голос вся Берестиха.

К убитому кинулась какая-то женщина и схватила его за плечо.

– Лось… Кузьма-а-а-а!!!… – завыла она вдруг истошно и безнадежно…

Боковым зрением Коля увидел, как там, по другую сторону от ворот, один из защитников вдруг резко сложился, получив стрелу точно в живот.

В ту же секунду и та, дальняя от него, сторона Берестихи взорвалась криками.

Вой, вопли, гортанные крики татар, визг, проклятья…

– Только без паники! – скомандовал Аверьянов себе самому, влетая на настил, на стену.

В тот же момент резкая боль обожгла ему левую руку. Стрела прошла, слава Богу, едва задев, глубоко оцарапав…

Аверьянов быстро присел, чтобы не оказаться легкой мишенью для следующей стрелы…

– Коля! – отбросив лук, Олена кинулась к нему.

– Ты что здесь делаешь?

– Стреляю. Лося убили. Взяла его лук…

Коля повел головой.

– Да ты девчонка же, Олена! – он осмотрел рану. – Царапина. А ну, кыш отсюда!

– Да ни за что!

– Ну что ты, воевать, что ль, будешь?

– Буду воевать!

В ее голосе было столько твердой решительности, что Коля даже заскрипел зубами… Чтобы не обрушиться на нее матюгом, Коля отвернулся в сторону стены.

– Такая телка… – простонал он. – И крышей съехала!

– Да что ты говоришь? – Олена взяла его за плечо.