На санях

Скромно потупя глаза, очень волнуясь, Суарес произнес длинную речь, пересыпанную мудреными терминами. Генералы, герои сражений сорокалетней давности, половину не поняли, но были очень довольны, что король оказывает им такое уважение. Заявили, что все инициативы королевского правительства верноподданно поддерживают. А когда три недели спустя главный военный министр, старый ретроград де Сантьяго, разобравшись что к чему, запротестовал, король обвинил генерала, что он нарушает волю товарищей по оружию, и отправил старика в отставку, а на его пост назначил своего человека.

Теперь про вооруженные силы, которые при перестройке государства могут быть или опорой реформаторов — или угрозой для них.

Ситуация в испанском военном руководстве схожа с советской. У нас, как и у них, на высших должностях ветераны войны, то есть люди весьма почтенного возраста. Человек, которому за семьдесят, да еще военный, обычно противится любым переменам. Что делает Хуан Карлос? Он активно продвигает военную молодежь, которая всячески его поддерживает — и потому что лучше чувствует современные веяния, и просто из карьерных соображений. Происходит активное омоложение генеральского корпуса. Там всё больше и больше назначенцев, благодарных и преданных королю.

(Эту часть доклада в текст не включать. Только устно, тет-а-тет. ЮВ как раз убеждает Устинова омолодить наш генералитет и старший офицерский состав. Чтоб появились 35-летние генералы и адмиралы, а средний возраст полковников спустился с 50+ до 30. Попаду в точку).

3. О фигуре Главного Помощника.

В Испании Хуану Карлосу пришлось преодолевать трудность, которая в нашей ситуации может возникнуть, если распределение должностей в новом руководстве станет результатом некоего консенсуса: допустим, пост генерального секретаря получит ЮВ, предсовмина — тот же Устинов, а председателя Верховного Совета — Громыко. Весьма вероятный расклад. Имен называть не буду. Не дурак, сам сообразит.

Трудность, с которой сразу же столкнулся новый глава испанского государства, состояла в том, что ему по наследству от Каудильо достался премьер Ариас, железобетонный франкист, при котором любые реформы были невозможны. Не говоря уж о том, что с точки зрения старого бюрократа мальчишка-король являлся декорацией и особенного внимания не заслуживал.

Король держал свои революционные планы под секретом до тех пор, пока не избавился от Ариаса. Причем сделал Хуан Карлос это не сразу. На первом этапе старая гвардия обеспечивала прочность государственной власти, что было жизненно важно после смерти многолетнего диктатора. Ариас уверял общество, что всё останется, как при великом Франко, а король тем временем завоевывал сердца при помощи телевизора, газет и многочисленных поездок по стране.