Отдаленные последствия. Том 1
Вы когда-нибудь слышали о термине «рикошетные жертвы»? Нет, это вовсе не те, в кого срикошетила пуля. Так называют ближайшее окружение пострадавшего. Членов семей погибших, мужей изнасилованных женщин, родителей попавших под машину детей… Тех, кто часто страдает почти так же, как и сама жертва трагедии…В Москве объявился серийный убийца. С чудовищной силой неизвестный сворачивает шейные позвонки одиноким прохожим и оставляет на их телах короткие записки: «Моему Учителю». Что хочет сказать он миру своими посланиями? Это лютый маньяк, одержимый безумной идеей? Или члены кровавой секты совершают ритуальные жертвоприношения? А может, обычные заказные убийства, хитро замаскированные под выходки сумасшедшего? Найти ответы предстоит лучшим сотрудникам «убойного отдела» МУРа – Зарубину, Сташису и Дзюбе. Начальство давит, дело засекречено, времени на раскрытие почти нет, и если бы не помощь легендарной Анастасии Каменской…Впрочем, зацепка у следствия появилась: все убитые когда-то совершили грубые ДТП с человеческими жертвами, но так и не понесли заслуженного наказания. Не зря же говорят, что у каждого поступка в жизни всегда бывают последствия. Возможно, смерть лихачей – одно из них?
На приглашенного адвоката у него денег все равно нет, а про адвокатов по назначению он от Бориса и Ильи такого наслушался, что «спасибо-не-надо», эти деятели зачастую работают в одной связке со следствием и дают своим подзащитным такие советы, какие следаку надо, чтобы дело побыстрее закрыть. Ну а с другой-то стороны, чего ждать от человека, который вынужден делать свою работу за государственные жалкие копейки?
Потом, спустя пару часов, в камеру привели нового персонажа, сильно избитого и довольно грязного. Мужик лет тридцати пяти молча уселся в углу и ни в какие разговоры не вступал, угрюмо уставился в пол, а на попытки самого резвого сокамерника познакомиться ответил что-то резкое и грубое, смысла чего Матвей не понял, но стало ясно: вливаться в коллектив новый задержанный не рвется, а если судить по реакции того, который мнил себя «смотрящим», то и трогать вновь прибывшего и требовать от него соблюдения правил и следования «понятиям» никому не рекомендуется. Вот к нему-то Матвей и подкатил. Все эти разговоры о следователях, арестах, адвокатах и конвоирах ему без надобности, завтра наверняка отпустят, но не сидеть же с зашитым ртом до самого утра? Хоть поговорить с кем-нибудь…
Побитый мужик на контакт пошел неохотно, смотрел с подозрением.
– А чего ж ты не с народом? От людей отрываться нельзя, – заметил он с недоброй усмешкой. – Люди не поймут. Или ты тут самый опытный, сто раз бывал, все заранее знаешь?
– Меня вообще по ошибке приняли, мне вся эта информация ни к чему. Завтра разберутся и отпустят.
– Ну-ну. Мы все тут по ошибке. И на зоне одни невинные сидят. Плавали, знаем. Следак уже допрашивал?
– Нет еще.
– Подписывал что-нибудь?
– Протокол, когда задержали, а потом еще один протокол, уже после того, как с операми пообщался.
– Ясно. Тебя, значит, по поручению допросили.
– Это как?
– Ну, когда следак не сам допрашивает, а выписывает поручение операм. Ты что, совсем не в теме? Адвокат-то есть нормальный? Или будешь назначенца просить?
– Да не буду я никого просить, на фиг мне адвокат? Деньги только переводить. Я ничего не сделал."
"– Не пойму я, ты придурок или идейный? Ты что, всерьез надеешься на то, что кто-то будет разбираться? Может, ты еще и извинений ждешь за незаконное задержание? Да они теперь из трусов будут выпрыгивать, чтобы у судьи арест выбить. И выбьют, не сомневайся. Надеешься на то, что у них на тебя ничего нет? Так это временно, сейчас у них по закону есть двое суток, потом судья продлит задержание еще на трое, итого – пять суток, времени хватит, чтобы тебе багаж обеспечить. Присядешь месяца на два, а потом переарест, еще на столько же, а то и больше, если статья тяжкая. А как до приговора дойдет, так реальный срок получишь, на условный можешь даже не рассчитывать.