Отдаленные последствия. Том 1
Вы когда-нибудь слышали о термине «рикошетные жертвы»? Нет, это вовсе не те, в кого срикошетила пуля. Так называют ближайшее окружение пострадавшего. Членов семей погибших, мужей изнасилованных женщин, родителей попавших под машину детей… Тех, кто часто страдает почти так же, как и сама жертва трагедии…В Москве объявился серийный убийца. С чудовищной силой неизвестный сворачивает шейные позвонки одиноким прохожим и оставляет на их телах короткие записки: «Моему Учителю». Что хочет сказать он миру своими посланиями? Это лютый маньяк, одержимый безумной идеей? Или члены кровавой секты совершают ритуальные жертвоприношения? А может, обычные заказные убийства, хитро замаскированные под выходки сумасшедшего? Найти ответы предстоит лучшим сотрудникам «убойного отдела» МУРа – Зарубину, Сташису и Дзюбе. Начальство давит, дело засекречено, времени на раскрытие почти нет, и если бы не помощь легендарной Анастасии Каменской…Впрочем, зацепка у следствия появилась: все убитые когда-то совершили грубые ДТП с человеческими жертвами, но так и не понесли заслуженного наказания. Не зря же говорят, что у каждого поступка в жизни всегда бывают последствия. Возможно, смерть лихачей – одно из них?
Видимо, Матвею проще было идентифицировать своих клиентов, указывая не фамилии, а район проживания или ближайшую станцию метро. У каждого свои причуды. Никто из соавторов статьи Очеретина пока не искал. И это давало некоторую надежду на то, что о задержании Матвея они еще какое-то время не узнают. Слабое звено – Масленковы. Они, конечно, утверждают, что телефонов Бориса Димуры и Ильи Гиндина у них нет, «мальчики сами звонили и приходили, когда работали над статьей в первый раз, а потом мы подумали, что все закончилось, работа напечатана, больше они к нам не придут, и номера не сохраняли», но ведь и соврут – недорого возьмут. А ну как позвонят кому-нибудь из них и расскажут… Хорошо еще, что они не знакомы ни с Александром Лазаренко, ни со студентом Колей Абросимовым, все-таки риск меньше.
От Петровки до Поварской улицы, где располагается ВНИИ МВД, путь недолог, и Зарубин не особо рассчитывал, что ему повезет. Ну и не повезло, само собой. Оставалось проехать всего ничего, а от Каменской ни слуху ни духу. Идти к Гиндину не с чем. Сергей высмотрел участок, где можно припарковаться, нахально поставил машину на место для инвалидов и взялся за телефон.
– Пална, порадуешь? Ну хоть чем-нибудь, – жалобно протянул он. – Хоть полсловечка.
– Да я мало что успела. Времени-то прошло всего ничего.
– Дай хоть сухую корочку, я уж придумаю, как ее разгрызть.
– Зубы-то пощади, – рассмеялась Настя. – Есть три статьи, описывающие монографические исследования. Стеклова и соавторы. Та, о которой ты мне утром говорил, и еще две, восемнадцатого года и девятнадцатого. Тебе на словах пересказать или ссылку прислать? Они открытые, висят в сети в свободном доступе на сайте Криминологического общества.
– Давай ссылки, я Ромке перешлю, мы с ним одновременно в четыре глаза быстро прочитаем. А больше ничего нету?
– Ну ты нахал! – возмутилась она. – Мне еще к занятиям нужно было готовиться, у меня сегодня курсы, скажи спасибо, что я хотя бы эти статьи тебе нашла. Мы же договорились: день-два.
– Договорились, – уныло подтвердил Зарубин. – Но судьбе плевать на наши договоренности, у нее свои законы. Пална, ты же знаешь…
– Знаю. Лови ссыль, остальное завтра.
– Вечером. Сегодня.
– Не торгуйся, Сержик, не на базаре.
– Аська… Ну будь человеком… Хочешь, я пришлю кого-нибудь с твоей халтуркой вечером погулять? Час тебе сэкономлю, а ты мне в это время инфу поищешь.
– Ага, а если еще и завтра утром, то целых два часа. В тебе пропал великий комбинатор. Давай так: вечером, ближе к одиннадцати, я тебе что-то дам, а дальше будет видно.
– Обожаю тебя!
Сергей Кузьмич бросил взгляд на сидящего рядом Дзюбу и добавил:
– И Ромка шлет тебе страстный поцелуй. Он тоже тебя обожает.
Жужжание телефона возвестило, что пришло сообщение.