Отдаленные последствия. Том 1
Вы когда-нибудь слышали о термине «рикошетные жертвы»? Нет, это вовсе не те, в кого срикошетила пуля. Так называют ближайшее окружение пострадавшего. Членов семей погибших, мужей изнасилованных женщин, родителей попавших под машину детей… Тех, кто часто страдает почти так же, как и сама жертва трагедии…В Москве объявился серийный убийца. С чудовищной силой неизвестный сворачивает шейные позвонки одиноким прохожим и оставляет на их телах короткие записки: «Моему Учителю». Что хочет сказать он миру своими посланиями? Это лютый маньяк, одержимый безумной идеей? Или члены кровавой секты совершают ритуальные жертвоприношения? А может, обычные заказные убийства, хитро замаскированные под выходки сумасшедшего? Найти ответы предстоит лучшим сотрудникам «убойного отдела» МУРа – Зарубину, Сташису и Дзюбе. Начальство давит, дело засекречено, времени на раскрытие почти нет, и если бы не помощь легендарной Анастасии Каменской…Впрочем, зацепка у следствия появилась: все убитые когда-то совершили грубые ДТП с человеческими жертвами, но так и не понесли заслуженного наказания. Не зря же говорят, что у каждого поступка в жизни всегда бывают последствия. Возможно, смерть лихачей – одно из них?
Из списка я по мере выполнения задуманного вычеркнул две фамилии, а потом наступило 10 ноября, День милиции, если по-старому называть. Это был очередной перерыв между курсами химии, я чувствовал себя неплохо, тем более незадолго до того как раз совершил вторую казнь (если считать Пруженко, то третью) и внутренне праздновал очередную победу. Я отправился к своим бывшим коллегам, чтобы поздравить, повидаться, посидеть, как раньше, с водочкой и закуской, поговорить. Встретили меня тепло, но настороженно. Те, кто сам не болел, как я, обычно не знают, как себя вести с онкологическими больными, о чем говорить, о чем спрашивать. Нужно ли придумывать слова ободрения или, наоборот, делать вид, что ничего не знаешь, и вообще не затрагивать страшную тему неминуемой скорой смерти. Когда все случилось с Ванечкой, на работе было то же самое. Меня избегали, потому что не понимали, как со мной обращаться."
"Во время посиделок парень из моего бывшего отдела стал рассказывать о курсах повышения квалификации, на которых совсем недавно оттрубил целый месяц. С его слов, полезными и интересными были только занятия по преступлениям в сфере экономики, совершаемым с применением цифровых технологий. Технологии развиваются быстро, и так же быстро придумываются новые способы обобрать как государство, так и отдельных граждан. На эти занятия он ходил старательно, все остальные пропускал, посетив только одно, самое первое, по каждой дисциплине и сделав вывод, что «оно ему сто лет не сдалось». Я слушал не особо внимательно, но тут меня привлекло слово «жертва».
– Ну это вообще был полный прикол, – рассказывал, забавно гримасничая, мой коллега. – Приходит в аудиторию такая бабка, на ладан уже дышит, и начинает вещать про виктимологию, дескать, вся наука строится на изучении вопроса «кто и почему становится жертвой преступления», а нужно смотреть на проблему шире, нужно исследовать, что потом с этой жертвой происходит и как меняется ее жизнь после преступления. И не только ее, но и всех ее близких. Ну, короче, муть собачья, в нашей работе вообще никаким боком не нужная. На ее лекции я тоже решил не ходить…
Через десять минут я уже знал имя: Стеклова Светлана Валентиновна. Народ продолжал гудеть и выпивать, а я достал телефон и полез в интернет. Стеклова С. В., доктор юридических наук, профессор, завкафедрой уголовного права и криминологии, заслуженный юрист, заслуженный деятель науки, куча других регалий… И перечень основных научных трудов. Я понял, к кому мне нужно обратиться…»
Каменская
Уходя из дома, Настя решила проведать собаку. Ей отчего-то казалось, что Бруно будет скучать и грустить, однако веселый басовитый лай послышался из-за двери, едва ключ вошел в замок.
Похожие книги
Мысленным взором
Тринадцать
Седьмая жертва
Жизнь после жизни
Электрик
