Набери мой номер ночью

Потому и осмелилась на небольшие провокации:

— А за что наказывать, Мастер? За вранье или все-таки за то, что у меня были до вас мужчины? — я специально перевела единственного в своем прошлом Мишку во множественное число.

Но у него даже взгляд не изменился, как и голос — все такой же бесконечно спокойный:

— Не буду врать, последнее меня бесит. А еще бесит, что мне пришлось слишком долго ждать. Но я сделаю вид, что наказываю тебя только за вранье.

Я с трудом села и теперь уже могла смотреть ему в глаза, почти не тушуясь. Да, он деспот, но я нравлюсь ему по-настоящему — в этом уже давно не было никаких сомнений.

И сам этот факт давал мне ту самую свободу, которую он не мог перетянуть ремнями.

— Мастер, а если я прямо сейчас я уйду, отпустите?

— Отпущу, конечно. Но в следующий раз буду еще злее, — теперь он хищно улыбнулся, подчеркивая угрозу.

Но я продолжала:

— А если следующего раза не будет?

— Будет, разумеется. Ты же не глупая, Маш. Я тебя завожу — и завожу так сильно, что рано или поздно тебе надоест нарезать круги. А я терпеливый, я дождусь. Но отыграюсь за каждый день ожидания. Ты сама уже свои эмоции никуда не денешь, их придется выплеснуть.

Я округлила глаза.

— Откуда такая уверенность в моих эмоциях?

Ответ прозвучал неожиданным бархатным шепотом:

— Оттуда, что ты до сих пор не ушла. Если бы желание было хоть немного меньше, ты сбежала бы еще до душа — я не зря провоцировал, хотелось до конца прочувствовать твой выбор — это даже круче, чем кончить в твой рот. Хотя нет… второе будет круче.

И он подался вперед, нависая надо мной. А я была не против еще немного поговорить:

— Я не ушла, потому что у меня руки связаны!

— А, ну да. Поэтому ты и не дергалась, когда я тебе их стягивал.

Так обычно и поступают девушки, которые очень не хотят посмотреть, что будет дальше. Так, может, ты уже заткнешься и вместе увидим, что же там будет?

Я закрыла глаза до того, как его губы достигли моих. И тут же забыла о руках, которые уже немного немели от неудобства, и об иронии, и о том, что я совсем не неодушевленное существо. Потому что целовать этот мужчина умел так, что мышцы отказываются слушаться. Все нервные окончания звенят как струны, а от каждого соприкосновения с его языком тянутся вниз и уже оседают где-то там, с еще большим натяжением.

Совсем с ума сводило его обнаженное тело, наши первые касания кожи к коже.

Но он будто уловил изменение моего состояния и поцелуй разорвал. Приподнялся и дернул меня за плечо, вынуждая подняться на ноги. Толкнул к стене — и там я с ужасом разглядела приспособления для крепления. Почему этот чертов БДСМ постоянно вылетает из моей головы? Ну, хоть не классический икс, от него бы я вообще впала в ужас."

"— Наказание, — напомнил Кирилл. — И… заодно первое вовлечение в Тему.