Наагатинские хроники

Делилонис убедился, что девочка не может преодолеть его хвост – не дай боги брата разбудит – и продолжил заниматься своими делами, прислушиваясь к лопотанию ребёнка.

Всё было замечательно, пока не произошло одно событие. С момента ухода Дейша прошло около часа. До Делилониса через распахнутое окно донеслись снаружи обеспокоенные голоса. Заволновался он, когда воздух сотряс взбешённый рык Роаша, но ничего предпринять не успел: раздался сильный грохот, словно что-то взорвалось, пол слегка дрогнул, а голоса снаружи стали испуганными. Дел обеспокоенно приподнялся на своём месте, развернулся и выглянул в окно.

Осыпавшийся участок стены бросился в глаза сразу. Рядом сновала стража, рычал обозлённый Роаш, чьи рыжие волосы посерели от пыли. К его хвосту прижималась напуганная Райшанчик. Чуть в стороне стояли Ссадаши, Риалаш и Оисиша, сестрёнка Ссадаши. Они были припорошены пылью и смотрели на ругающегося Роаша с испугом.

– Опять что-то натворили, – недовольно протянул Делилонис.

А затем замер. Внутри всё похолодело: раздалось хныканье. Делилонис обернулся и посмотрел на Лейлаша. Мальчик проснулся, понял, что мамы рядом нет, и расстроился. Губы его искривились.

– Лейлаш, тихо-тихо, – ласково попытался уговорить его Делилонис.

Но увещевания на второго сына наагашейда, когда он желал что-то получить, не действовали. Коридоры дворца огласил возмущённый плач. Дел застонал от отчаяния.

Меньше чем через пять минут в кабинет ворвалась большая чёрная кошка и обеспокоенно бросилась к плачущему мальчику. Облизнула его пухленькое личико, обдала тёплым дыханием и жалостливо заурчала. Лейлаш продолжал обиженно всхлипывать, но уже не так сильно. Делилонис облегчённо вздохнул. Увы, но успокоить Лейлаша могла только Дариласа. Интересно, он и когда станет взрослым, будет так же привязан к матери?

Делилонис перевёл взгляд на Амарлишу, про которую он ненадолго забыл, и замер, поражённо рассматривая свой хвост. Его конечность была вся в потёках краски. Увлечённая девочка подняла очередной горшочек и вылила его содержимое на хвост наагариша. А потом ещё и хлопнула по чешуе, оставляя отпечаток маленькой ладошки. Увидев, что наагариш смотрит на неё, Амарлиша радостно улыбнулась ему и потянулась за следующим горшочком.

– Как же ты на свою мать похожа, – наконец прошипел Делилонис.

Ссадаши поморщился от очередного оборотистого выражения Роаша и потёр ссадину на щеке. Его нежно-розовое одеяние было в каменной пыли, рядом валялись обломки стены. Риалаш и Оисиша испуганно жались за его спиной, глядя круглыми глазами на взбешённого Роаша.

Вообще-то всё начиналось вполне невинно. Ну, так считал сам Ссадаши.