Наблюдатель

Шон умер месяц спустя, прежде чем Энн успела осознать, что произошло.

После похорон, где-то в ноябре, она сама взобралась на крышу и сняла все еще висевшую там гирлянду, явно не стоившую принесенных ей жертв.

…После второй рюмки Энн окончательно расслабилась и пришла к выводу, что действительно вообразила себе скользнувший по стене свет. А разбудил ее, скорее всего, телевизор. Крики, выстрелы – такое бывает в криминальных фильмах. Тем не менее заперла дверь со всей возможной предосторожностью, использовав предохранительную цепочку, что редко делала. И закрыла ставни на окнах первого этажа.

Хуже, по крайней мере, не будет.

Пятница, 4 декабря

1

– Ну и чем ты занимаешься дни напролет? – спросил Бартек.

В пабе было шумно. Смех, разговоры, всхлипывания – и ни одного свободного столика. Самсон не любил сюда ходить, но Бартек всегда настаивал именно на этом пабе, а Самсону не хотелось расстраивать единственного друга.

Время от времени они встречались по пятницам, когда у Бартека заканчивалась рабочая неделя, не позже шести – половины седьмого. Девушка Бартека злилась, когда он проводил весь вечер в пабе в компании друга, поэтому в половине девятого расходились по домам.

Самсон приехал на машине и уже поэтому не мог пить спиртное. Собственно, он никогда не увлекался алкоголем и не любил автобусы. Ожидание на холодной остановке, да еще после длительной прогулки, не особенно вдохновляло.

Машину Самсон унаследовал от матери, что до сих пор не давало Милли спать по ночам. Ее всегда беспокоило, когда кто-то получал то, что хотелось бы иметь ей.

– Ну, я же не все время сижу дома, если ты это имеешь в виду, – ответил Самсон на вопрос Бартека. – Это действительно было бы скучно. Кроме того, на этой неделе Милли работает во вторую смену и полдня дома, а это… ну ты меня понимаешь… Милли для меня не лучшая компания.

Милли работала в доме престарелых, который ненавидела всеми фибрами души. Самсону приходилось слышать, как она отзывается о своих подопечных, и мысль на старости лет оказаться во власти подобной фурии приводила его в ужас.

– И как тебе только удается жить с братом и невесткой? – удивлялся Бартек. – В твоем-то возрасте…

– Но это ведь и мой дом тоже!

– Тогда пусть компенсируют тебе хотя бы часть арендной платы. Подыщи себе что-нибудь, с тобой там плохо обращаются."

"– Я боюсь одиночества, – шепотом признался Самсон.

Бартек поднял брови.

– Тебе сколько лет? Тридцать четыре! Самое время подыскать себе женщину. Разве ты не собираешься заводить семью?

Самсон глотнул безалкогольного пива. Бартек затронул деликатную тему. Они и раньше заговаривали об этом – жениться, обзавестись детьми, начать наконец нормальную взрослую жизнь… У Бартека с этим тоже были проблемы.