Начальник милиции. Книга 5

Подпрыгнул, ухватившись за ограждение балкона, подтянулся и перескочил. Автомат при этом больно ударил по спине.

Балкон оказался открыт, завешен тюлем с привязанными внизу массивными ржавыми гайками. Я постучал по дверному косяку:

— Хозяева? Есть кто дома?

Молчок, только где-то на кухне поет радио голосом Ротару.

Несмотря на белый день, в квартире полумрак. Воняет потом и папиросами.

Звяк! Это я запнулся о бутылку. Та упала и покатилась куда-то по комнате. Я пригляделся: на продавленном и прожженном сигаретами диване храпело тело. По стойкому запаху перегара, повисшему в воздухе в синей дымке, я понял, что мужик в пьяной отключке.

Алкаш, заключил я и пошел на выход. Это хорошо, не надо объясняться. Но не смог сразу выйти — в прихожей наткнулся еще на одного хмыря. Тот пытался надеть ботинок, но шатался и икал, опираясь тощей задницей о стену. Видок помятый, но видно, что душа просит у него и трубы горят, срочно требуют добавочки. Из кармана свисает авоська, видимо, в магазин вино-водочный собрался.

— А ты кто? — уставился он с удивлением мутными глазами. — Ты как здесь? Какого х*я?

— Тихо, — прошипел я. — Не ори… — я захлопнул входную дверь, которую он уже успел распахнуть. — Милиция. Уйди с дороги и не шуми. В подъезд не вздумай выходить.

— Митя! — заорал вдруг пьяный. — Атас! Менты! Ми…

Но договорить, а вернее, доорать, он не успел. Я ткнул его кулаком в пузо и тут же уложил подсечкой на пол. Стянул алконавту шарфом руки за спиной (шарф нашел тут же, в прихожей), а в рот запихал кляп из его авоськи. Некогда объясняться с таким, ещё поднимет шум на весь подъезд — проще временно устранить силовым путем, ведь каждая секунда на счету. Управившись с алкашом, я уже было собрался выходить, как сзади послышалось сопение, а запах перегара стал отчетливее.

Тот, что храпел на диване — проснулся-таки и выперся в коридор.

— Не понял? — пробасил Митя. — Ты кто такой, чучело?

Этот «примат» был гораздо крупнее своего собрата. Шире раза в два и с брюхом. Автомата за моей спиной он в упор не замечал, и, видимо, приняв за воришку, сразу попёр на меня буром.

«Да куда же вас складывать-то?» — подумал я, отступая в тесной прихожке.

Такого кулаком не вырубишь с маху. Да и кулак жалко. Морда, что ведро — широкое и твердое. Я снял автомат и просто ткнул прикладом нападавшего в грудь. Мужик охнул и осел.

На него пришлось потратить наручники, шарфа еще одного не нашлось.

Про то, что я из милиции, уже говорить не стал, видимо, мужики не уважают нашего брата, некогда их вразумлять — это надо сначала дождаться, пока у них ум прояснится."

"Сцепив здоровяку за спиной руки, вместо кляпа я сунул ему в зубы перчатку. Но этого оказалось мало.