Начать сначала

Волосы птичка успела уложить в высокую прическу, открывая тонкую шею. Я любил, когда она делала такую прическу.

Бесцеремонно отодвинул ее от проема, громко хлопнул дверью. И закрыл на засов. Конечно, оставаясь внутри. Руссо тоже любили интересные штучки из древности.

Я бросил свою сумку рядом со шкафом из массива дерева, вычурным, как и обстановка вокруг, намереваясь разобрать ее позже. И скользя в ванную, нарочито невозмутимо расстегивал рубашку на ходу. Своими действиями и видом подчеркнуто давал знать, что жить буду в одной комнате с птичкой.

– Что ты творишь, шайрас? – уже тише спрашивала Аделин, нагоняя меня, так и не делая попытки одеться.

Если она продолжит в том же духе, я трахну ее до ужина. Может быть, мы и опоздаем, нарушив этикет. Но я точно стану спокойнее. Хороший способ привести нервы в порядок.

– Планирую принять душ, – в тон мелкой пичуге ответил я, с трудом втискиваясь в тесную кабинку из витражных стекол. Оригинально.

– Ты будешь спать здесь? – теперь вредная девчонка изо всех сил старалась быть серьезной, но улыбка дергала кончики ее губ.

– Я сказал что-то непонятное, девочка? – коварно рычал я на низких нотах, распределяя по себе средство для душа. Ловил ее заинтересованные взгляды, но не позволял сам в мыслях заходить далеко.

У нас на самом деле осталось мало времени. Я не хотел страдать весь ужин, чувствуя, как в пластины упирается… Космос! Я как раз делаю это. Думаю!

– Аделин, тебе пора надеть вечерний наряд! – строго пригрозил ей я. – Если ты хочешь попасть на ужин к своей семье.

Красноречиво опустил глаза вниз, на пах, а когда вернулся взглядом к птичке, та пылала жарким румянцем.

– Но если ты не торопишься, то можешь мне помочь своим сладким ртом, – хищно сощурил я глаза, ожидая реакции пичуги. – Но подозреваю, остальные так или иначе догадаются, чем мы занимались… что будем делать?

– Пойду одеваться, – выпалила Аделин, исчезая из ванной комнаты под мой хохот.

Сам же я добился лишь того, что проведу сегодняшний вечер в весьма дискомфортном состоянии.

Глава 34. Званый ужин

Когда я выбрался из душа, Аделин была уже готова. Она облачилась в струящееся малиновое платье в пол. И, стоя перед напольным овальным зеркалом в замысловатой раме, вдевала в уши длинные серьги с крупными каплями рубинов.

Моя птичка привыкла к хорошей жизни, изысканной еде, драгоценностям, качественной одежде и обуви. Я не заметил в ней какой-то особой любви к вещам, но она воспринимала их как данность."

"Я не боялся работы и трудностей и имел четкое намерение дать ей все необходимое. Может, Леон беспокоился, что безродный шайрас не сможет поддерживать уровень жизни его дочери?

– Красивая. Очень.

Я вырос за ее спиной.