Начало

И, пока мы шли обратно в мастерские, я проел Петровичу плешь о том, что надо сдерживать себя в общении с людьми, разговаривать вежливо. Вежливость — залог успешной работы и целых зубов.

— Вы поймите, это же и в Ваших интересах. Ну что для Вас лучше — заниматься научно-производственной работой или копать окопы? Ведь явно работать по специальности будет более предпочтительно для Вас. — я прокапывал ему мозги, как бы вскользь высвечивая альтернативы и сразу же убирая их в тень — не надо лишний раз давить на человека — может и упереться рогом от явного шантажа. А мне этого не надо.

— Поэтому будете в качестве научного руководителя, мы Вам и администратора подберем, и научных сотрудников. Ваше дело будет руководить исследованиями, обучать и направлять. Но сделать дело. Вам все ясно?

— Да, более чем.

— Ну и отлично.

Через два дня я и в самом деле подогнал ему всех обещанных людей. В качестве администратора я сплавил им одного из политкомиссаров, который слишком активно выступал за немедленные действия — вот пусть и действует. На трудовом фронте. Посмотрим — кто кого схарчит. А научными сотрудниками стали шестеро комсомольцев, студентов первых курсов с разных технических институтов — отсутствие знаний у них компенсировалось жаждой деятельности, особенно когда я обрисовал сложность задачи. Эти не дадут Петровичу прохлаждаться — будут выжимать его как губку, сами напитываясь знаниями и опытом.

После нескольких скандалов взаимоотношения устоялись, но я все-равно и дальше старался заходить к ним раз в два-три дня — смотреть, направлять, корректировать. По ходу своих посещений ""продал"" им несколько идей из будущего, под видом рассуждений или вопросов. А когда мы в августе преобразовали эту группу в НИИ Материаловедения, люди вообще стали ходить окрыленными — корочки очень прибавили им веса в собственных глазах и глазах окружающих, даже политкомиссар наконец-то закончил разговаривать лозунгами и начал учиться. К тому же образование НИИ было довольно хорошо разрекламировано в нашей газете. Еще бы — в разгар войны, при всех неудачах — и образовать новое научное учреждение — это означало, что руководство с оптимизмом оценивает сложившуюся ситуацию. И народ правильно понял этот сигнал.

Как раз в середине августа и появились первые результаты, о которых мне докладывал один из ""студентов"", прикрепленных к Николаю Петровичу — тот, видите ли, был ""слишком занят, чтобы отвлекаться на подобные мелочи"".

— Ну мы попробовали наносить покрытия… отлетает… слишком сильные нагрузки.

— А что там за нагрузки-то?

— Поршень давит вбок — вот и нагрузки.

— И какие они?

— Ну мы так прикинули — где-то полмегапаскаля…

— И что?

— Увеличили скорость потока — просто дали больше газа. Стало держать.