Над всей Испанией безоблачное небо (СИ)

И добрая половина из них мятежные рифские марокканцы.

— Давайте говорить откровенно, дон Жозе — Марокко мы не удержим, это показала Рифская война. Сеуту и Мелилью отстоим, случись новая война с маврами — у нас есть флот. Но не больше — слишком велики будут потери без всякой прибыли. Потому французы сильно испугались, когда узнали, что мы можем даровать независимость нашим марокканским владениям, как северным — я имею в виду рифскую часть, так и южным — Ифни и Тарфаю. По условиям соглашения с Францией, как только она откажется от протектората над всем Марокко, нам это нужно будет сделать по подписанному договору. Париж, поверьте, скоро станет перед этой проблемой, ровно через двадцать лет, не позже. Но может и раньше, если правительство в Мадриде сделает правильный выбор приоритетов. Мы сами заранее передадим эти земли, этот «камень преткновения», Франции, ведь она потому оказала нам помощь — как видите, я говорю откровенно! Не просто так — за соответствующую компенсацию — и пусть Париж с ними мучается!

Асарола рассмеялся, смотря на ошарашенного португальца — тот, понятное дело, не знал о таком «выверте» испанской дипломатии. А как иначе было получить военную помощь от Парижа, и чтобы Франция в самом начале «торпедировала» попытку создания «комитета по невмешательству в испанские дела». С немалым трудом удалось уговорить Асанью и Хираля, но те все же прислушались и сделали Парижу «заманчивое предложение», от которого, как говориться, «невозможно отказаться».

Продали, откровенно говоря, земли, и неплохой куш «содрали» за это. Помощь против мятежников пришла вовремя — оно того стоит. И от расходов избавились на содержание «регулярес», ведь своего рода испанские власти десять лет откупались от потенциальных повстанцев. Их теперь французы наймут на службу, может им помогут в боях против гитлеровцев — мавры боевиты и опытны, воюют жестоко.

— У нас останется Рио-де-Оро и Сигиет-эль-Хамра, площадью примерно в 260 тысяч квадратных километров, и с населением тысяч пятьдесят, максимум семьдесят кочевых берберов и сахарави. Вот туда и отправим на «вечное поселение» всех мятежников с семьями, и всю «Африканскую армию», во главе которой назначим генерала Франко. Так что со временем испанцев там станет намного больше, чем берберов, и обе «заморские территории» станут официальными провинциями Испанской Республики, «единой и неделимой». А там богатейшие залежи фосфоритов, и Канарские острова у побережья. А кочующих берберов в «регулярес» вербовать станем, пусть наши владения от соседних мавров защищают.

Асарола знал, что его слова прозвучали цинично — но в политике иначе нельзя, ведь он прекрасно знал, что произойдет в истории.