Пари на дракона. Поцелуй навылет

Как бы ни был добр император, а ослушания он не терпит.

Нет, я не могу себе позволить быть слабым и поддаваться мимолётным порывам. Я буду мудрее.

С удивлением обнаруживаю себя у умывальника, смотрящим в зеркало и держащим в одной руке ножницы."

"В одном отец просчитался: я не смогу держаться от Кары подальше. Мы ведь задолжали магистру Брюгверу целый доклад. Да и пари наше никто не отменял. А последнее вообще дело чести.

Как Кара сказала? «Кажется, ты задолжал мне стрижку!»

Улыбаюсь, вспоминая наше время на лётной площадке. Сердце сжимается в сладкой печали, когда я вспоминаю попытки Кары поддержать меня. Она такая маленькая, такая наивная и беззащитная, я просто не могу подставить её под удар. Под интриги императорского двора.

Откладываю ножницы и снимаю рубашку. Что ж, часть спора я проиграл, надо быть честным и выполнять его условия.

Набираю воду в ванну, планируя принять её сразу после стрижки. Я никогда сам не стригся, но почему-то душа требует этого маленького хулиганства.

Возвращаюсь к раковине и только берусь за ножницы, как в голове яркой вспышкой проносятся слова отца.

Княжна⁈ Почему он упомянул её?

Машинально щёлкаю ножницами, отрезаю одну из прядей и роняю её в раковину. Как раз в тот момент, когда в дверь стучат, а затем, не дожидаясь ответа, входят в спальню.

— Рейвард?

От голоса Пелагеи я вздрагиваю и срезаю целый клок. Да чтоб тебя!

Ошалело смотрю на себя в зеркале. Левая сторона головы всё ещё с длинными локонами, а вот правая топорщится целой полосой коротких волосков.

Чувствую себя девчонкой-подростком, которая назло родителям режет каре. Мелаис как-то устроила такой саботаж, когда мама запретила ей обучаться верховой езде.

— Ре-е-ейв?

Противный голосок княжны взбадривает меня получше молниевого заряда. Наскоро смыв остриженные волосы и оставляя за собой мыльные следы, спешу к выходу. И неожиданно сшибаю Пелагею дверью. Зачем она вообще полезла ко мне в ванную⁈

— Ой! — Она отшатывается, и я машинально ловлю лису, которая тут же прижимается к моей груди.

И это бесит! Дракон внутри буквально скребёт лапами, пытаясь быть от оборотницы как можно дальше. Что ж, дружище, я с тобой солидарен.

— Спасибо, милый, — воркует Пелагея, прикрывая глаза и благодарно прикладываясь щекой к груди.

Её, похоже, совершенно не заботит ни мыльная вода, стекающая с моих волос, ни мой обнажённый вид.

А меня аж передёргивает от искусственности эмоций, которые пытается транслировать княжна: счастье, радость от встречи, что-то похожее на влюблённость. Не знаю, кто её учил, но будь я менее опытным в сканировании — купился бы.

А сейчас… Я будто вату жую, а не к настоящим чувствам прикасаюсь.

— Не за что.

Мой голос настолько чужой, что я сам себя пугаюсь. Отодвигаю лису, но не тут-то было.