Пари на дракона. Поцелуй навылет

Брат оказался безнадёжно болен, а я была единственной, кто мог его кормить без ущерба себе. А я… Я думала, что обучусь в академии и смогу найти способ если не вылечить брата, то хотя бы облегчить его страдания.

— И поэтому ты считаешь себя монстром? — с удивительным спокойствием в голосе спрашиваю я.

Странное поведение Лери наконец-то обретает объяснение.

— Потому что уехала в «Пацифаль» и бросила брата без подпитки?

Вместо того чтобы сочувствовать, я ощущаю странную злость. Но не на Валейт, а на её родителей, которые внушили дочери, что она чудовище, раз бросает единственного брата. И вместо того чтобы взять заботу на себя, они вышвырнули Дейдара в Обитель.

— Да-а-а, — всхлипывая, тянет Лери. — Он был всем для меня. Мой брат был частью меня, единственным, кто поддерживал меня всю мою жизнь. Ведь нас считали изгоями. Мы были уродами, которых с удовольствием забили бы камнями. Даже родители чурались нас.

Полери заходится в плаче, обхватив голову руками. Я не могу смотреть на неё в таком состоянии. Хочется прямо сейчас открыть портал в её родной город и призвать к ответу тех, кто довёл Лери до такого состояния.

— Милая. — Мирра порывисто обнимает подругу.

Недолго думая, я обхватываю их обеих, насколько хватает длины рук.

— Лери, ты ни в чём не виновата. Твои родители — вот кто зло в этой истории. Те, кто должен был встать на вашу защиту, кто должен был оберегать, искать пути лечения — вот кто монстр в вашей судьбе. Не ты, не твой брат. Отпусти это. Ты ни в чём не виновата.

Ответом нам служат лишь приглушённые рыдания. Они рвут мне душу, потому что я до боли в сердце хочу разделить с Валейт её ношу. Как бы сейчас пригодился дар Рейва!

— Лери, когда всё это закончится, мы найдём твоего брата, — с жаром заверяю я. — Попытаемся вылечить. Должен же мой дурацкий дар приносить пользу?

Плечи подруги прекращают вздрагивать, когда она поднимает голову и с расстроенной улыбкой смотрит на нас с Миррой. В её фиолетовых глазах читается лёгкий стыд и неловкость, но главное — облегчение. Лери уже не так больно.

— Дурацкий дар, — нервно хихикает она, размазывая мокрые дорожки по щекам. — Вот у меня дар дурацкий. А твой самый важный.

— Вот, значит, будем его использовать по делу, — с преувеличенным энтузиазмом произношу я. — Как выйду замуж за Рейва и перестану скрывать свою истинную силу, так всех вылечу!

В гостиной повисает тишина, девочки смотрят на меня с открытыми ртами и неверяще переглядываются.

— Чего? — в недоумении спрашиваю я.

— Да, в общем-то, ничего, — подчёркнуто нейтрально произносит Лери, хотя я вижу, что она старательно гасит улыбку. — Если не считать того, что ты клялась и божилась, что терпеть не можешь чешуекрылов.

— Лери, — сурово одёргивает её Миррали. — Думаю, стоит перестать их так называть.