Наедине с Боссом
Крам хотел воспользоваться моей наивностью, но вместо этого я сломала его принципы и жизненные устои. Нам удалось построить свою личную жизнь, но кому-то она пришлась не по душе, и на нашу долю выпало много испытаний.Удастся ли нам выстоять? Или жизнь все же разведет нас по разным дорогам?
Что за бред? Для меня нет никого дороже нее, не считая родных. Но это не означает, что я по ее дурацкой прихоти прекращу общение с Инной, к тому же эта девушка для меня всего лишь друг. Но бл*дь, как же хреново, что я оставил свою девочку одну, когда хотелось совершенно иного. Не ругаться я должен с Мией, точно не ругаться. Все, чего мне сейчас хочется, это быть с ней рядом, заботиться, целовать животик, кормить различными вкусностями, а вместо этого я наорал на нее и ушел, хлопнув дверью. Но нам обоим надо успокоиться. Неизвестно, чем могло все закончиться, если бы я остался, и мы продолжили ругаться."
"Малышке вообще нельзя нервничать, а я, идиот, довожу ее до слез. Она же такая хрупкая и ранимая. Черт! Придурок я. Тоже должен понимать — она в таком состоянии, когда гормоны бушуют, настроение меняется. А учитывая ее мысли, вообще думает, что не привлекает меня в сексуальном плане. Да только как доказать, что с момента, как она ушла от меня, я не хочу ни одну женщину, кроме самой Мии. Ей же ничего не докажешь. Упертая девчонка.
Приехав в ресторан, проверил, как шли дела на кухне, оштрафовал су-шефа за неопрятный вид и злой ушел в свой кабинет. Нажраться бы, но нет, планировал вечером вернуться обратно к своей беременяшке. Сейчас она успокоится, я немного приду в себя, и мы обязательно обо всем спокойно поговорим. А если я выпью, то буду как мартовский кот себя с ней вести, и уж тогда точно не до разговоров станет.
Сделав себе кофе, уселся за стол, собираясь немного поработать, но меня перебил звук пришедшего сообщения. Отпив горького напитка, открыл сообщение и душа сразу сжалась от боли, когда я прочитал несколько слов от любимой. И как она может думать, что сама во всем виновата? Конечно это было не так, мы оба виновата. Мне стоило сразу предупредить ее об Инне, а я промолчал. Вот теперь и получаю то, что заслужил.
Отправил ответ с признаниями, прекрасно зная, что она волнуется, и отложил телефон в надежде, что хоть немного успокою Мию своими словами. Я сам волновался, но она же ревнивая, надумает себе сейчас всякой ненужной чепухи, накрутит себя. Это я знаю, что она дома сидит, и не дай Бог плачет. А я-то уехал, и эта колючка могла невесть чего надумать.
Когда я изучал финансовый отчет за прошлый месяц в дверь постучали, и мне пришлось оторваться от цифр.
— Войдите!
— Привет, братец, — из-за двери показалась головка сестры, а вид ее был очень хмурый. Кажется, я даже догадываюсь, почему. — Иди сюда.
— Заходи и говори, Виталин.
— Иди сюда, Никит. Тебе тяжело?
— Бля, — возмутился я, но все же поднялся и прошел к Лине, которая хмуро взирала на меня из-под ресниц.
Но не успел я и глазом моргнуть, как передо мной появилась Мими, грустная, с припухшими глазами, но безумно нежная. Моя любимая девочка.