Наемник - Наемник. Патрульный. Мусорщик

Нет, они смогли бы задавить меня числом, они в основном это и делали. Я даже связал боем перехватчики, хотя они и должны были подавлять зенитки на крейсере, чтоб прорвались абордажники, но победа была не за мной, они меня делали по очкам, хоть я и лучше пилотировал. Сперва у меня не очень получалось, но чем дальше, тем лучше, опыт приходит только с тренировками и в боях."

"Внезапно, когда я уходил от висевшей на хвосте пары, со мной что-то произошло. Меня охватил азарт и жажда победы. Осталось лишь одно желание — уничтожить врага. Это было как вспышка.

Не помню, кричал ли я что-нибудь в тот момент или скрипел зубами. Все превратилось в какой-то калейдоскоп: крики подчиненных в наушниках, сигналы с пульта, монотонный голос бортового Искина, сообщивший, что я уничтожил очередной истребитель. Особенно запомнился момент, когда рухнул последний барьер, и я сам стал истребителем. Я чувствовал каждую его вибрацию, «видел» все вокруг, насколько хватало «глаз» сканера, мог управлять им, как перышком. Произошло полное слияние разума человека и машины, вместе мы стали чем-то большим, чем в отдельности. Корабельные системы стали ощущаться почти как части тела, и теперь это не вызывало неприятных ощущений, наоборот, подарило чувство эйфории, защищенности и мощи.

— …Уничтожен!

В учебном бою истребитель, в который попали, глушил двигатели и «умирал» до конца боя. В случае легкого повреждения, если бы он смог продолжать бой, то Искин машины отключал поврежденную часть, инсценируя «повреждение».

— …я заблокировал вооружение… — слышался обеспокоенный голос Добрыни.

— …Уничтожен!

— Командир, отзовитесь! У вас произошло слияние… больше двадцати минут нельзя… — это уже Ривз.

— …Уничтожен! — изредка прорывался голос бортового Искина, сообщая, что я сбил очередного противника.

Потом все пропало, и только через бесконечно долгое время я увидел свет, который то появлялся, то пропадал. Проморгавшись, понял, что это потолочные панели в медсекторе, меня везли на каталке. Того летящего чувства всесилия уже не было.

Через минуту я оказался в капсуле диагноста.

— Сколько я был без сознания? — сразу спросил я, когда крышка капсулы открылась.

— Два часа, товарищ капитан, — ответила Ривз. Кроме нее, в боксе не было никого.

— Что произошло?

Чувствовал я себя нормально, без всяких последствий, поэтому легко выбрался из капсулы реаниматора.

— Произошло слияние. Как вы знаете, больше двадцати минут…

— Подождите, что еще за «слияние»? — прервав, с недоумением поинтересовался я. От моего вопроса Ривз на секунду застыла в изумлении.

В течение десяти минут Ривз объяснила мне, что такое «слияние».