Наиглавнейшая проблема Академии Драконов

— Ты ведь с Суши, Томас! — сказала однокурснику, решив зайти издалека. — Конечно, мы ведь прилетели в академию вместе. На драконах, ты ведь помнишь?

Я посмотрела на Томаса, и он неуверенно кивнул. Еще бы он забыл, как Зигурт тащил его в когтях!

— А мы, с Суши, должны держаться вместе, — добавила я.

— Тогда почему меня схватили и не отпускают⁈ — воскликнул Томас. — Эйвери Таккер, мы же с тобой на одной стороне!

Кивнула.

— Так и есть, отпустите его! Вернее, запустите-ка его в ту клетку. Я хочу посмотреть, насколько быстро двигаются гули и как они нападают. Мне скоро выступать, Томас, а ты тоже с Суши, так что, надеюсь, ты не откажешь мне в небольшой услуге.

— Ты что, шутишь⁈ — завопил он. — Ты не посмеешь этого сделать!

— Разве? — удивилась я. Прислушалась к себе. — Посмею, и еще как, а остальные меня послушают. Ты столько раз меня предавал, Томас, так что мне наплевать на твою жизнь, раз тебе было наплевать на мою. Око за око, так говорят у нас на Чаверти. Так же, уверена, как и на вашем острове. Так что… открывайте уже замок!

Ключей от клетки у парней не было. Томас об этом не знал, но те решили мне подыграть и потащили его к клетке.

Мой однокурсник завыл от ужаса — так же громко, как один из гулей, решивший, что сейчас его покормят. Тот кинулся к решетке, но по дороге на него напал второй, в коричневом тряпье, попытавшись сразу же отбить добычу у сородича.

Они принялись кататься по полу, рыча и терзая друг дружку. Томас вырывался и выл, уверяя, что он ни в чем, ни в чем не виноват! Его допрашивали в жандармерии под Заклинанием правды, после чего отпустили, так о каком предательстве может идти речь⁈

О чем я вообще говорю⁈ Никакой он не шпион!

Никто его не вербовал, и ни один из посторонних ни о чем его не просил! Он не получал денег от повстанцев, потому что он против Армии Справедливости.

Я слушала его очень внимательно, решив, что именно это Томас говорил в жандармерии, и говорил он искренне, не в состоянии солгать.

Но при этом именно он был предателем.

Значит, никто из посторонних его не вербовал, ни на кого он не шпионил и денег за это не получал. Возможно, он даже ненавидит повстанцев всей душой, только вот…

Томас серьезно изменился, когда вернулся со своего острова, хотя в академии его никто не ждал.

А потом начались все эти взрывы.

— Погодите-ка скармливать его гулю, — попросила я у парней, и гуль, который победил соперника, а тот убрался в свой угол, завыл совсем уж обиженно.

— Будет тебе ужин, — без страха посмотрев в ужасное, почти не похожее на человеческое лицо, пообещала ему. — Но если этот тип хоть раз мне соврет, я сразу же вам его отдам, а там уже разбирайтесь сами, как его поделить.

Гули обрадовались — причем оба.