Наизнанку
Для кого-то он Призрак — бездушный убийца, для кого-то Скала — несгибаемый и упёртый. Его имя произносят с плохо скрываемым страхом. У него много имён, много ролей. Олег всегда разный: холодный, непробиваемый и такой красивый. Она — папина принцесса, наполненная романтическими мечтами о настоящем принце. Яна спутала его планы, ворвалась в жизнь переменчивым ветром сентября, сорвала многолетнюю маску. Что между ними может быть общего? Ничего кроме любви и общей тайны прошлого, что тянется атласной лентой, связывая их друг с другом навсегда…"— Даже если ты будешь сопротивляться, я останусь твоей слабостью, потому что от этого еще не придумали лекарства. С каждым днем я буду проникать в твою кровь все глубже. Даже придерживая на расстоянии, будешь помнить меня. Я «отравлю» сначала твое тело, а потом и душу!— Ты упускаешь только одну деталь. Я не спорю, что физически ты близка к моей полной капитуляции. Но душа? Детка, ты погорячилась! У меня ее просто нет!"Содержит нецензурную брань.
Пусть муж займется полезным делом…
Когда Серега сел в салон моего авто, я выехал со двора, поднимая мелкую щебень в воздух.
— Рассказывай…
— Что? — Лазарь повернулся ко мне, с интересом рассматривая."
"— Бровь.
— Да ладно! Серьезно? — рассмеялся он, растянувшись в широченной улыбке.
— Не умею шутить.
— Это нестрашно! Зато хватка у тебя бульдожья.
— Бывает…
— Ладно, проехали, — Серый потер плечо. — Сам виноват, знал, что нельзя подходить к человеку, у которого закрыты глаза. К тому же, если это сам Призрак.
Мы быстро доехали до универа, который оказался напротив моего дома, прямо на набережной.
— Ты к охраннику. Спрашивали про видеозаписи? — я закрыл машину, рассматривая большое здание Университета.
— Говорит, что нужно начальство спрашивать. А вчера их не было. Даже Моисей не мог найти ни ректора, ни декана.
— Иди, если их не было вчера, то сегодня они будут однозначно, — я задрал рукав, бросив взгляд на часы.
— Откуда знаешь?
— Читать нужно, — усмехнулся я, кивнув на огромный баннер, растянутый над входом. Эта реклама мозолит мне глаза уже неделю, пока я пробегаю набережную. — Семинар. Иди, денег дай. Пусть покажут камеры. Если что, звони.
Проследив за Лазарем, который скрылся за массивными дверями старого здания, закрыл глаза и выдохнул. Подойдя к забору у реки, стал осматриваться. Парадный вход смотрел на березовую рощу, которая тянулась вдоль всей набережной. Камер тут нет. Да и, если я не ошибаюсь, за входом внимательно следил водитель. Я оттолкнулся и пошел вдоль здания, чтобы осмотреть территорию. С левого торца дверей не было, окна зарешечены и достаточно высоко от земли. А вот на заднем дворе, окна без решеток, но спрыгнуть оттуда, не переломав ноги, смогу только я. Хрупкая девушка однозначно попала бы в больничку. Я остановился, напротив был маленький ресторан и служебная парковка.
— Лазарь, как дела?
— Хм… Любезнейшая девушка ведет меня посмотреть видео, — я сначала замер, не понимая, что он говорит это не столько мне, сколько отвешивает ненавязчивый комплимент даме.
— Ладно, мачо! Расплатись деньгами, а то если начнешь платить натурой, мы еще долго отсюда не уедем. Если, конечно, я не ошибаюсь в тебе, — рассмеялся я. Этот парень просто находка. Он из тех, при виде которого у злобных администраторш переполненных ресторанов находятся свободные столики, у директрис автосалонов находятся автомобили, которых, якобы, нет в наличии.
— Нет, не ошибся. Ладно, как скажешь. Деревянными, значит, деревянными… — промурлыкал он, в трубке что-то зашуршало, он словно прикрывал ее рукой.
— Э, Чамо? Пусть покажет запись со служебной парковки. Камера как раз охватывает всю территорию заднего двора.
— Есть! — Лазарев отключился.
— Та-а-ак, — протянул я и продолжил обход.














