Наизнанку

Она вновь превратилась в послушную папину дочку. Но Моисей разошелся не на шутку. Его такие же голубые глаза стали почти прозрачными, сверкая неподдельной яростью. Пальцы руки, которыми он сжимал матовое горлышко бутылки, побелели, казалось, еще чуть-чуть и стекло треснет. — Бери, катайся, живи. Но за тобой всегда будет ехать охрана. Всегда! И лучше тебе смириться, это в твоих же интересах! Я ясно выразился?

— Предельно! — Янка подпрыгнула от его крика и бросилась в дом.

Я закурил очередную сигарету, просто чтобы не смотреть ей вслед.

— Стоять! — взревел Моисей, отбросив бутылку. Та со звоном разбилась о каменные ступени. Янка замерла, вжав голову в плечи.

— Что, папа?

— Я завтра уезжаю во Владивосток. — Моисей сделал шаг ко мне. — Присмотри за Янкой?

— Что? Почему я? Она больше и на шаг не подойдет к моей квартире! — я кивнул в сторону заваленного барахлом газона.

— Что? Я не маленькая! Мне не нужны надсмотрщики, хватит и охраны!

— Янина! — зашипел Моисей.

— Янина? — я не смог удержаться, чтобы не усмехнуться. — Значит, Янина?

— Не называй меня так! — заноза так быстро затопала ногой, что расстегнутая рубашка распахнулась, оголяя грудь в красном кружеве."

"— Что, и в паспорте так написано?

— Папа! Скажи, чтобы он заткнулся!

— Яна!

— Моисей, почему я? Попроси Лазаря!

— Он летит со мной!

— Значит, Буба. — не сдавался я.

— Все, что мне нужно: чтобы Янка отчитывалась перед тобой три раза в день. Утром, днем и вечером.

— Днем и вечером. — На автомате возразил я.

— Э! А вы меня не хотите спросить?

— Нет! — рявкнул Моисей, осадив снова зарумянившуюся девушку. — Тебе сложно написать смс?

— Нет. — Пробурчала она и сложила руки на груди, наблюдая за мной исподлобья.

— А тебе сложно прочесть несколько строк?

— Нет, но ты мог бы найти кого-нибудь другого.

— Значит, ты ему доверяешь? — внезапно Яна растянулась в самой широкой улыбке. На щеках проявились довольно глубокие ямочки, а глаза заблестели, но как-то не по-доброму. Вернее, как-то загадочно.

— Пока не было повода, чтобы усомниться. — Моисей глубоко вдохнул перед тем, как ответить, словно набирался спокойствия.

— Отлично! — Яна развернулась и медленно пошла к дому. — Я буду писать тебе, злюка!

— Б*ять! Моисей? — зашипел я, как только она скрылась.

— Скала, хватит! С меня сегодня хватит истерик. Ты все равно будешь всю неделю с парнями на тренировочной базе. Тебе же несложно читать сообщения? А по вечерам тебе будут звонить с поста охраны, чтобы доложить, что дочь вернулась.

— Моисей…

— Хватит, Олег! — голос старика изменился. Появилась натянутость. Его лицо напряглось, отчего морщины стали глубже. — Я очень редко прошу. Поверь.

— Ладно! Это все, что ты хотел сказать?

— Нет! Выпьешь?

— За рулем.

— Тогда идем на веранду, поговорим.