Нахалка (СИ)

Но искала я не неизвестного Грэга, а Ж! Кретина Ж! Ублюдка, мразь, труса, подлеца и беспринципную сволочь Ж! И черта с два я помню: кого тогда встретила, что говорила и кому.

Перед глазами вновь всплыла пустая квартира снятая им на неделю, смятые простыни, пустующий без его чемодана коридор и столик с открытой бутылкой его любимого напитка, клубникой для дуры — меня, и пара бокалов… И кажется… Кажется пару банкнот рядом с пустыми обертками презервативов… Память услужливо прорисовала в сознании их номинал — сто долларов каждая…

Бокал треснул в моих руках, но не осыпался.

Меня прошиб холодный пот. Мир сошел с ума? Нет, одно из двух: или это у Эверетта проблемы, или у меня. А может у нас обычное недопонимание?"

"— Теперь ты понимаешь, какого вопроса я ждал. — Ухмыльнулся спрут, кровожадно показав зубы. — Хочу сказать, что он здесь. — Добавил он, намереваясь удалиться.

— Эверетт, — он остановился. С трудом набрала воздух в ставшую каменной грудь и произнесла тихим голосом. — Даже если тогда его искала незнакомая вам девушка, и вы знали об этом… Почему? Почему не помогли?

— В этом не было необходимости.

— Сейчас она есть? — Стакан скрипнул еще раз, аккуратно поставила его на подоконник, и представляя себя в реалити-шоу. Ситуация создана, сюжетная линия намечена, участники проявляют себя со всех сторон…

— Полина, вы не представляете, на каком перекрестке образовали пробку. — На слове «каком» Эверетт сделал ударение. Чтоб им с их аллегориями «хорошо» было!

— Примеряете на себя роль регулировщика? — голос прозвучал тихо и спокойно и следующий вопрос, не смотря на привкус горечи во рту и легкое головокружение, уже был готов.

 — Это ваша любимая роль или она навязана свыше?

Эверетт не ответил, криво улыбнулся и отошел, открыв мне обзор в сторону зала. Среди сотни гостей скалящихся, заворожено смотрящих на экспонаты, смеющихся и пьющих я увидела его.

Евгений.

Ужас реальности накрыл с головой. Он появился как гром среди ясного неба, как беременность после первого секса, как черные цветы в ЗАГСе, как письмо через четыре месяца после исчезновения… Паника прорывалась во мне, сметая все здравые мысли на своем пути. — Бежать!

Сердце замерло и в горле запершило от нехватки воздуха.

Удар под дых — вот как это называется стремительный, точный, молниеносный и устрашающий. Как завороженная я видела, как он повернулся и подмигнул мне, прежде чем скрыться из вида. Глаза, я узнаю эти глаза из тысячи. Ненавижу… Ненавижу! Время застыло.

Я не знаю, каким образом рядом оказался Влад, не знаю что он у меня спросил первым, так как расслышала его лишь во второй, а может быть и в пятый раз, когда он тряхнул меня за плечи и позвал по имени.