Нахалка (СИ)
Кто бы сказал, что роль любовницы МЧ станет долгожданным отрывом от прошлого и метким попаданием в светлое будущее? Уж точно не любвеобильный начальник, запустивший механизм самообороны, бывший муж, не позволивший расслабиться ни на минуту или Саня, ненароком впутавший меня в историю с «прошлым». Знал бы мой друг, Александр, кому помогает, никогда бы меня с ним не познакомил. К счастью он не знал.
— Заберешь меня через минут тридцать, — сообщила Ольга ему.
— Что это значит?
— Это мерло и шардоне, икра черная, французский багет, виноград столовый и конфеты из Швейцарии, только что оттуда. — Она уже потянулась за бутылкой. — У тебя стаканы есть?
— Это ничего не объясняет.
— Одну секунду, — она вынула карточку и положила на стол, затем нажала на вызов секретаря и потребовала стаканы. Стаканы тут же оказались на столе. Ольга открыла бутылку мерло, наполнила бокалы и один протянула мне.
— Хочу сказать — спасибо.
На столе оказалась визитка доктора Файхтингера, которую я дала Владимировне, нечаянно став третьим лишним в их частной беседе.
Мне нужно было разворошить Кирилла и сделать левые анализы ДНК, вот он шанс! Виват непрошибаемой женской логике и интуиции!
— Понятно. Принято. Помогло?
— Да!
— Если не ошибаюсь, теперь у тебя особая диета. — Я тормознула бокал Ольги на полпути к ее губам.
Не хотелось ликовать, но я об этом знала. Привычно заказала у Алики две чашки черного чая, и скупо поздравила Бестужеву.
— Спасибо. — Она все еще смотрела на меня, немного удивленно и в то же время с подозрением.
— Какой срок? — не удержалась я, чтобы не поддеть, — недомогания есть, нет?
Я спрашивала с настоящим живым интересом.
Когда я убрала визитку доктора в стол, она уже пришла в себя. Посмотрела на меня еще раз, внимательно. Взвесив всю полученную информацию, задала свой вопрос. — Как он мог тебя отпустить?
Я не сдержала еще одной улыбки. — Это было не его решение.
Алика принесла чашки и мое любимое печенье с кусочками шоколада. — Звонил Савельев.
— Я перезвоню позже.
Когда секретарь удалилась, Бестужева впала в следующий этап оцепенения. Да, вот так бывает, когда до человека доходит, что Кирюша слабохарактерный трус и тряпка, время от времени умело играющий в кукловода.
— Но у вас ребенок общий, сколько ей тогда было? Во время развода…
— Чуть больше двух лет. Соня мой ребенок.
— Но… — Ольга оторопело посмотрела на меня.
О возникших у нее вопросах было нетрудно догадаться.

















