Пятое правило дворянина

— Чего меня не дождался? Может быть мне тоже хотелось перекинуться парой фраз с Яковом Дмитриевичем?

— Не выдержал, Георгий Васильевич, — честно ответил Демидов. — Сами понимаете.

— Да уж... Ну и что он тебе сказал?

— Сломался наш Ворон. Даже не интересно стало. Вопросов толком не задавал, — пожал плечами Никита. — Так, уточнил кое-что, затем попросил бумагу и все написал. Ну вы же ее читали...

— Читал, — кивнул Бестужев. — Между прочим он высочайшей милости просит, надеется, что Николай Александрович простит ему старческую глупость... Нужно будет после Бирюкова к нему заглянуть, уточнить кое-что.

Тем временем мужчины миновали несколько лестничных пролетов и оказались внизу, где царил полумрак, прохлада и гнетущее ощущение безысходности...

Камера, куда посадили Порфирия Григорьевича Бирюкова, отличалась от остальных. Здесь не было ничего, кроме старого рваного матраца в углу, стола и пары стульев. Бестужев лично распорядился, чтобы тайного советника посадили именно сюда.

Во-первых, из всех троих именно Бирюков раздражал его больше прочих. Поэтому он хотел доставить ему как можно больше неудобств. Во-вторых, вопрос объяснялся простой практичностью — сейчас с ним будет легче работать. Зачем ему лишние сложности?

Тайный советник сидел на матраце, забившись в самый угол камеры, поджав под себя ноги. Казалось, что он пытался спрятаться или затаиться, чтобы его никто не нашел. Вот только спрятаться здесь было негде. Из одежды на нем была лишь ночная рубашка, в которой его доставили.

После того, как в камере вспыхнул свет, он издал звук, похожий на шипение и злобно уставился на Бестужева.

— Вы думаете вам сойдет с рук, то что вы держите меня здесь без суда и следствия уже несколько дней? — прорычал он. — Я требую, чтобы меня немедленно выпустили из этой грязной каталажки!

— Почему несколько дней? Всего лишь сутки, — ответил ему Георгий Васильевич.

Бирюков рванулся вперед, но лязгнувшие наручники, которыми он был прикован к стене, сдержали его.

— Вы уже конченый человек, Бестужев! Я тайный советник Его Императорского Величества и близкий друг его матушки! Вы знаете, что вас ждет после этого?

Слова Порфирия Григорьевича не произвели на Георгия Васильевича никакого впечатления. В ответ он равнодушно взял стул, поставил его ближе к матрацу, сел и закинул ногу на ногу. Второй стул занял Демидов, который сел позади своего шефа."

"— Маркиз, я ожидал от вас чего-нибудь поинтереснее истерики, а вы меня разочаровываете, — покачал ногой Бестужев. — Во-первых, вас здесь держат не несколько дней, а всего лишь сутки. Во-вторых... Неужели вы принимаете меня за идиота? Разумеется я знаю кто вы такой. Собственно, поэтому вы здесь и находитесь. Впрочем, у меня есть для вас и радостная новость — ваши подельники тоже здесь.