Порочный босс для тихони

Их не выкинуть надо, а вернуть, ведь в ином случае Евгений решит, что я приняла его оплату за ночь “любви”.

Меня трясет от злости. Сердито шлепая босыми ногами, вышагиваю по комнате в темноте, кутаюсь в халат и понимаю, что завтрашнего вечера я не дождусь. Да что там, я до утра не дотяну, ведь меня всю распирает от гнева и обиды. Ох, я бы сейчас сама с кулаками кинулась на Евгения и глаза бы его голубые выцарапала.

В общем, как выяснилось, я натура очень импульсивная. Вызываю такси и прямо в домашних тапочках, пижаме и в халате, в карман которого я спрятала пачку долларов, еду в клуб.

Пожилой таксист удивлен, но молчит, изредка и обеспокоенно поглядывая в зеркало заднего вида.

— Ненавижу, — бурчу под нос, — мудак! Думает за его ангельские глазки можно все простить? Козел! Да как так? И за что?!

— Вас кто-то обидел? — тихо спрашивает таксист.

— Да, — скрежещу зубами и сжимаю кулаки. — Меня обидел мой босс. Очень сильно обидел!

— И, кажется, ему не поздоровится, — он хмыкает в ответ и поглаживает щеку. — Женщин нельзя обижать.

— Да и вы сами тоже кого-нибудь да обидели, — я отворачиваюсь к затонированному стеклу, глядя на яркие огни фонарей и дома, в которых горят одинокие окна.

Кому-то, как и мне не спится. — Обидели и сами не поняли.

— Возможно.

— Не возможно, а точно, — убежденно ворчу я. — Кто-то из-за вас обязательно плакал и страдал.

Таксист принимает решение молчать, а то такими темпами я его во всех смертных грехах обвиню и ему придется оправдываться за каждый проступок перед женщинами за всех мужчин, в том числе и за Евгения.

— Да, — внезапно подает он голос, — кажется, жена на меня обиделась сегодня.

— За что? — я тут же оживаю и смотрю на его затылок.

— Не знаю.

— Знаете, просто не хотите этого признавать, — я скрещиваю руки на груди, — но вы можете позвонить и спросить. Только ласково, а то вам ничего не скажут и обидятся еще сильнее.

— За рулем звонить не буду, — таксист задумчиво жует губы, а через секунду вздыхает. — Как же с вами тяжело.

— Будто с вами легко.

Воцаряется тишина. А чего с нами-то тяжело? Достаточно не быть высокомерными мудаками и только. На меня набегает новая волна злости, и я бью себя по колену, тихо выругавшись.

Я ведь с ним была не из-за денег! А из-за любопытства, желания узнать его и себя поближе, получить новый опыт в жизни, а он мне подачку кинул! Серьезную, конечно, подачку, но я не в меркантильных целях заявилась к нему вся такая красивая.

— Вас там ждут? — спрашивает таксист, паркуясь на пустой парковке перед клубом.

Не совсем пустой. Под ночным небом прямо красуется хищная машина Евгения. Он еще здесь и это хорошо, ведь ядовитая злоба до утра съест меня изнутри, и я умом двинусь.

— Нет.