Наша личная война
Шахид-смертник – страшное оружие. А когда группой таких шахидов командует сам легендарный Дед, международный террорист, на счету которого десятки крупномасштабных акций, то ясно, что команде полковника Иванова не до сна. Первый удар группа Деда уже нанесла – уничтожен ряд крупных федеральных офицеров и чиновников чеченской администрации. Что ж, второго удара бойцы оперативно-аналитической команды не допустят. Их мало, но каждый профи высшей пробы. Им послушно любое оружие, их интуиция и реакция отточены до предела. Псы войны, они взяли след, и теперь их ничто не остановит.
– Стоит мне шевельнуть мизинцем…
– …И через час как минимум пятнадцать сёл утонут в крови, – невозмутимо подхватил Саладин. – А завтра по всей республике начнёт организованно умирать вся ваша администрация. Ты это знаешь, и я это знаю. Так что давай не будем тратить время, а сразу перейдём к делу.
– Давай, – улыбка сползла с широкого лица хозяина кабинета. – Ты скажи мне, кто уничтожил семью Бекмурзаевых?
Ага, уже доложили. И что сейчас будет?
– Это была предупредительная акция, – не моргнув глазом, сказал Саладин. – И не говори мне, что ты в гневе. Твоей семьи это касается постольку-поскольку. Ты, забирая от них Хасана, наверняка предполагал, что нечто подобное может произойти… Хасан у тебя?
– У меня, – кивнул Аликпер. – И я знаю, как он вам нужен.
– Вот и хорошо, – буркнул Саладин. – Давай договариваться.
– Но я также знаю, зачем вы его пригласили, – Аликпер поднял вверх указательный палец, как бы призывая ко вниманию. – И, как государственный человек, понимаю, какие последствия…
– Ой, только вот этого не надо! – Саладин презрительно поморщился. – Это опять же совершенно не затрагивает интересы твоего тейпа. Пусть об этом беспокоятся федералы, ты о своей выгоде думай. Что вы хотите?
– Двадцать. – Аликпер, который, по моему разумению, должен был как минимум горячо возразить, вдруг поднял вверх растопыренные ладони, сжал кулаки и опять растопырил пальцы. – Думаю, это нормально.
– Двадцать… – Саладин задумался. – Двадцать…
Я не поняла, о чём речь. Чего – «двадцать»? Кого – «двадцать»? Двадцать заложников, которых моджахеды держат у себя?
– Это очень большая сумма, – немного подумав, сказал Саладин. – Нам не потянуть. Откуда у нас двадцать «лимонов» баксов, ты сам подумай! Мы можем пять. И – быстро, если не налом, а через банк. А?
Вот оно что! Так это они о деньгах говорят… Какие-то просто фантастические деньги. Я прекрасно знаю наших мужчин, они все имеют врождённую коммерческую жилку и никогда не дадут за товар больше его номинальной цены. Неужели Дед стоит так много?
Аликпер с Саладином принялись азартно торговаться, как будто два купца сошлись на базаре. Я смотрела на них и не могла поверить, что это два непримиримых врага. О чём это они? Их люди истребляют друг друга с методичностью хорошо отлаженной гильотины, почти все тейпы, находящиеся по обеим сторонам, состоят друг с другом в кровной мести…
– Хорошо, уболтал, – в конце концов сдался Аликпер. – Остановимся на десяти. Но – налом. Вполне реальная сумма. Я понимаю, надо время, чтобы собрать. Три дня хватит?
– Хватит, – кивнул Саладин. – Значит, двадцать пятого?
– Да, двадцать пятого, – подтвердил Аликпер."
"– Но не в городе, – оговорил условие Саладин.
– Но и не в Ведено! – подмигнул Аликпер.

















