Наша личная война

А после той войны сюда вообще никто соваться не смеет, кроме местных товарищей, посвящённых в тайны леса, напичканного минными заграждениями. Заур – как раз один из этих местных, знает здесь каждую тропку. Без него до ущелья просто не добрались бы, подорвались бы где-нибудь в лесу, на полдороге. Но теперь и Вася может считаться местным. У него фотографическая память: если где прошёл, на всю жизнь запоминает.

Про ущелье это рассказывают всякие небылицы. Будто бы тут какие-то злобные духи обитают. Прошу не путать, не «духи», которые боевики, а некие иррациональные субстанции, не имеющие научного объяснения. Видеосъемок и иных доказательств никто не предъявлял, и вообще это всего лишь байки местных крестьян и солдат, которым довелось нести службу неподалёку. Но, глядя на это мрачное местечко, даже такой невпечатлительный товарищ, как Петрушин, готов был поверить в эти байки.

– Заур… Тут у вас, говорят, нечисть всякая водится?

– Кто водитса?

– Ну, нечистая сила, духи там, страшилки всякие…

– А, это да. Дэв несколка штук живёт, это правда.

– Кто живёт?

– Дэв. Такой балшой, шерст многа – короче, страшный такой и кушает, кого увидит.

– Сам видел?

– Он высоко, в пещере живёт, ноч толка ходит. Мы здэс днём гуляли, когда детми были. Ноч все дома надо сидет, он рычит, близка к селу подходит…

– Пх! По-моему, ты гонишь, парень… Костя?

– Слышал, но подробностей не знаю. Вон у Серёги спроси, он у нас самый умный.

– Серый?

– Да, есть такой дэв, если верить кавказскому фольклору. Некая антропоморфная либо зооморфная сущность геркулесова сложения…

– Серый, не грузи! Ты мне скажи… Нет, я в курсе, что всё это байки, это понятно… Но вот если оно вдруг… Короче, если предположить, что оно есть… Как примерно оно устроено? Это человекообразное, нет?

– Заур сказал, что дэв ест людей. Так, Заур?

– Да, кушает маленько. Кого увидит, сразу кушает.

– Ну вот. Если кушает и в шерсти – значит, теплокровный хищник.

– То есть его можно убить?

– Почему бы и нет? Даже слона убивают, а тут – какой-то волосатый мужлан с клыками.

– Ну, тогда и вопросов нет. – Петрушин тотчас же успокоился и продолжил визуальное исследование прилегающей местности.

Уникальность ущелья состоит в том, что оно двойное. Посреди возвышается скальная гряда – этакий длинный, продолговатый каменный остров, который ущелье и огибает двумя неравнозначными рукавами. Тот, что с нашей стороны, – широченный такой проход, со склона без проблем можно съехать на заднице, а тот, что позади гряды, более похож на узкий неглубокий каньон с вертикальными стенками.

Заур не повёл дозор к горловине ущелья, перед входом в которую располагается обширная площадка, просматриваемая насквозь со всех сторон.