Наша маленькая жизнь (сборник)

Покупатели настаивали на первой заявленной и условленной цене, продавцы терялись и психовали, видя, как цены на их квартиры нещадно прут вверх. Ушлые, умелые дельцы, как всегда в таких ситуациях, наживались, а обычный люд нервничал и, как всегда, оставался в проигрыше. Потом цены взвились до заоблачных, нереальных, выброс квартир на рынок стал огромен, но покупатель выжидал. Не поддавалась здравому смыслу эта искусственно раздутая ситуация. Аналитики обещали, что рынок рухнет, обвалится. Все выжидали. Риелторы нервничали. Женя сходила с ума. Решили отдавать квартиру дешевле рыночной стоимости.

А что было делать? Имелась уже договоренность с израильской клиникой Хадасса, ориентировочная стоимость лечения – 150 тысяч долларов. Нужно было оформлять бронь на палату, визы, билеты. Аленке становилось все хуже. На глазах она теряла силы и надежду, просила Женю:

– Мама, ну, быстрее, быстрее. А вдруг мы не успеем?

Сердце рвалось на куски. Женя сама превратилась в ходячий скелет, серую мумию – есть ничего не могла. Только пила сладкий чай с хлебом, чтобы как-то держаться на ногах.

В семь утра в субботу ее разбудил звонок мобильного.

Она сразу не узнала мамин голос – совершенно, как ей показалось, изменивший свой тембр и окрас. Мама почему-то плакала и смеялась – громко, с надрывом, и кричала Жене, кричала, чтобы та срочно заказывала билеты и звонила в клинику.

– Все в порядке, Женя, – кричала мать.

– Мам, ты бредишь? Что с тобой? – раздраженно недоумевала Женя.

В голове пролетела мысль – значит, есть реальный покупатель на квартиру, слава богу, но все равно ведь не хватит! С матерью, видимо, просто истерика, она не может с собой справиться. Связь прервалась, и уже сама Женя, немного придя в себя от тяжелого, после снотворного, сна, набрала материн номер.

Из сказанного, хотя нет, выкрикнутого, она наконец поняла, что квартира тут ни при чем.

– Как ни при чем? Мам, ты что, бредишь? – снова не поняла она.

– Да нет же, нет. Деньги дают Ольга Евгеньевна и Леонид Евгеньевич – они только сейчас обо всем узнали, только сейчас, ты же знаешь, они живут обособленно, ни с кем не перезваниваются. А тут узнали. Она мне сама позвонила десять минут назад, спросила, какая нужна сумма, и сказала, что завтра мы можем ее забрать.

Она обрадовалась и сказала, что, слава богу, такие деньги у нее есть. Понимаешь, дочка?! В общем, связывайся с ней, звони и действуй, Женя, действуй без промедления.

– Господи, какие тут промедления! – крикнула Женя. И задала совершенно дурацкий вопрос: – А когда им удобно звонить, мам? Сейчас не рано?

– Женя, соберись, я же только что с ней говорила. Она ждет твоего звонка!

Женя вскочила с кровати, побежала в ванную и встала под ледяной душ. Тряслись руки и подгибались ноги. Надо было срочно успокоиться.