Наше шаткое равновесие

Меня пробивает на слезы. Глаза щиплет, а сердце сжимается от его слов. Прикосновений. Прижимаюсь носом к впадинке на его ключице, опоясывая руками.

Игорь накрывает ладонями мою голову, а после, резко отстраняя от себя всего на пару секунд, поднимает на руки, направляясь в гостиную.

* * *Когда я просыпаюсь, то чувствую тепло. Его тепло. Игорь все еще спит, прижимая меня к себе. Он не ушел на работу, и я машинально начинаю переживать, не отразится ли это для него негативом.

Но волнуюсь об этом совсем недолго. Переворачиваюсь на другой бок, чтобы видеть его лицо. Расслабленное, но все равно кажется, словно в любую минуту он готов куда-то бежать, что-то делать. Я смотрю на едва заметную сеточку морщин у внешних уголков глаз, разлохмаченный ежик волос — невольно улыбаюсь.

Это странно — вот так, через столько лет, вновь быть рядом с ним. И ведь кажется, что всех этих долгих лет словно и не было. Нет. Вранье. Все было, и все я помню.

Тогда, пять лет назад, Игорь помог мне вернуться к жизни. Перестать замыкаться в себе, шарахаться от людей.

У него всегда был скверный характер, и он никогда не пытался это скрыть. Он не умеет слушать, подстраиваться, прощать, но умеет любить. Так, как никто и никогда меня не любил, Поля не в счет. Возможно, поэтому мне было так больно на протяжении этих лет. Я помнила нас и не могла до конца поверить в то, что с нами тогда стало.

Злая шутка судьбы. Обиженная девчонка, помешанная на нем, как на Боге, мои дурацкие семейные обстоятельства, и вот он — разлад. Трещина. Обрыв. Пустота.

Кто в этом виноват? Наверное, уже не так важно…

— Проспал, что ли?

Его голос заставляет дернуться.

— Доброе утро.

— Доброе, — целует в губы, а потом тянется к телефону, — разряжен. Жень, дай свой.

Шарю рукой по полу в поисках и протягиваю свою находку ему. Игорь набирает номер по памяти и слишком быстро исчезает в просторах квартиры. Я же вытягиваюсь по диагонали разложенного дивана, осознавая, что Полинка уже не первый раз за последние дни спала всю ночь одна, и ни разу не пришла со слезами, просыпаясь среди ночи.

Накинув на плечи халат, иду на кухню. Для завтрака уже поздно, а для обеда рано. Но смысла это не меняет, выбиваю на разогретую сковороду несколько яиц и наливаю себе сладкий кофе с молоком.

Пока яичница шкварчит на плите, бегу будить Полину, которая даже ухом не повела, что все проснулись. Игорь, кстати, закрылся на балконе с сигаретой, и, судя по его лицу, разговор не слишком приятный. Что он там орет, я не разбираю…

— Кнопка, — стягиваю с нее одеяло, присаживаясь рядом, — просыпайся.

— Мама, я уже не сплю, я тебя обманула.

— Ах ты, маленькая лиса.

Поли хохочет и выбегает в прихожую.

Когда Игорь присоединяется к нам на кухне, то за стол не садится. И к завтраку не притрагивается.