Наши все дома!

В зверя попал, но, очевидно, мозг не задел — упокаиваться оно не пожелало: наоборот, взвилось в воздух сразу с места и на все десять метров почти допрыгнуло. Молча, без всякого рыка и воя, — и оттого еще страшнее. Перед вторым прыжком я успел поймать его на мушку еще раз и, теперь уже не считая, полоснул очередью. И тут же оглох — прямо у меня над ухом шарахнул Иринкин дробовик. И еще раз. Кто из нас попал — не знаю, но на сей раз получилось: тварь как-то неуклюже подпрыгнула, со всей дури шмякнулась о стену и рухнула на пол. Я на всякий случай выцедил голову и выстрелил еще раз — теперь отсечка по три у меня, кажется, получилась. Тело вздрогнуло от попаданий, но уже просто как кусок мяса.

— Фу, завалили собачку…

— Точно?

— Лежит — не шевелится, голова разбита.

— А больше там нет?

— Не знаю. Но в ворота идти лучше не стоит. Попробую наверх залезть, раз уж все равно капот помяли…

— Может, я? — подала голос Маша. — Я же легче.

— Нет уж, я сам как-нибудь. Насмотрелся на ужастик, сейчас если с ритма собьюсь — бояться начну.

— А нам, что ли, не страшно?

— Сейчас все пойдем. Только сначала сверху погляжу, как там.

Забор был достаточно рельефным, и, зацепившись за край, я смог без особенного труда залезть выше — на козырек под окошком караулки. Внутри темно. Приставил к стеклу фонарь, чтобы блики не слепили, — ага, пусто. Стул, стол, лежак вдоль стены — спрятаться негде, разве что крысе. Но что делать крысе в автосервисе?

Вдоль карниза переместился вбок, на крышу боксов, с видом на двор. Вновь достал фонарь, начал обшаривать двор. Никого. А, нет, вон в загородке у шиномонтажа топчется. Пытается выйти и не может — ногами запутался в чем-то. Этот обычный, не супер. Супер бы выпрыгнул… Прицелился, потянул спуск — и ничего. Передернул затвор — там и гильзы нет. Патроны все. А я думал — осечка получилась, ага. Это я по твари весь магазин высадил — хорошо хоть не одной очередью. И самое хорошее — что все-таки по твари, а не где-то рядом…

— Маш, это твой автомат?

— Да.

— А, ну тогда я чуть меньше лох, чем думал.

— Почему?

— Не тридцать патронов в тварь вдул, а только двадцать пять.

— Двадцать три. Еще бабка у магазина.

— Ну все, могу гордиться. Только я все равно дурак — обращаю внимание всех: полез на забор, не проверив, есть ли патроны.

— Тебе дать другой магазин?

— Давай. Тут еще один мертвяк, обычный.

— Больше никого?

— Вроде нет. Мы тут так расшумелись, что они бы вылезли давно, если б было кому.

— Собака-то не вылезала.

— Похоже, собаке-зомбаке мы не очень интересны. Она собачатины хотела. А человечины — не сильно. Или вообще не человечины хотела, а территорию охраняла.

— Какую еще территорию? Она же тупая…

— Ну я откуда знаю. Может, не такая тупая.