Наше вам с кисточкой, босс (СИ)

План “Избегай своего босса”"

"Я долго думала, какую отговорку назвать Елена Станиславовне, чтобы не ехать на Рублевку дописывать её портрет. Отчаянно не хотелось снова видеть там Сергея. Перед глазами раз за разом вставала сцена с корпоратива, где он, мило воркуя, уводил на балкон Зарецкую. Они остались наедине и забыли о празднике. Её он тоже целовал до головокружения и дрожи в коленках? Гладил нежно по щеке, улыбаясь с закрытыми глазами? Или на поцелуе сладкая парочка не остановилась?

“Ну возьмите меня-я-я,” — простонала в моей голове Марина Эдуардована голосом Елены Воробей.

Ох, а если они там не просто целовались, а меня обсуждали? Вдруг Сергей и Марина изначально договорились, как загробастать имущество моего дяди? Тогда понятно, откуда у рыжей красотки столько денег на операции. Давыдов и его чувство прекрасного — отличное объяснение.

И ненависть Зарецкой заиграла новыми красками. Ей не только пришлось делать вид, что Серёжа — чужой человек, но и фактически делить его с другой женщиной. Как оттяпать “Арт-Строй”? Жениться на мне, дождаться смерти Антона Павловича, а потом развестись. Так это работает?

— Алиночка, — позвала меня Елена Станиславовна. — Всё в порядке?

— Да, простите, задумалась.

Я вернулась к работе. Наносила на портрет последние штрихи и ругала себя последними словами за то, что совесть не позволила соврать заказчице. Любая отговорка звучала бы глупо и оскорбительно. Потому я всего лишь попросила мать Давыдовых, чтобы в особняке никого, кроме нас, не было.

“Ваши сыновья сбивают меня с нужного настроя”, — ворчала я по телефону.

И получилось. Кажется, даже Оксану, незаметную тихую служанку, отпустили на день, чтобы дать мне закончить картину.

— Ты сегодня сама не своя, — настаивала она. — От Молчанова плохие новости?

— Нет, всё действительно хорошо, — я вымученно улыбнулась. А матери Сергей рассказал про свой гениальный план? Или подсунул ей мой профиль и намекнул, что сам портрет рисовать ещё три года не будет? — Игорь Викторович посмотрел анализы. Прогнозы благоприятные. Во вторник нужно лететь в Красноярск. Попробую отпроситься и уехать с ней. Не хочу, чтобы она проходила через такое одна.

— Правильно, — кивнула Елена. — Маме сейчас как никогда нужна поддержка. А насчёт работы не волнуйся. Мой сын — трудоголик, но не зверь. Отпустит тебя.

— Да, конечно, — согласилась я. — Просто волнуюсь перед поездкой.

Начать волноваться я не успела. Молчанов позвонил маме перед моим уходом и обрадовал замечательными результатами анализов. Он боялся, что мы опоздали, но болезнь будто замедлилась, давая нам фору. Однако тянуть всё же было нельзя. Слишком опасно.

“Пойду отпрашиваться у Зарецкой, — подумала я.