Наследие 2

 — В коммерческих лабораториях — на шесть-семь месяцев! Я не могу ждать так долго! Мой ребенок находится у чужих людей, вы что, не понимаете?!! У вас дети есть?!!

— Что у меня есть, а чего нет — к делу не относится, — заявил следователь и достал из папки несколько распечатанных листов бумаги. — Зато к делу относятся показания потерпевшего, заместителя директора медицинской лаборатории, которого вы своей взяткой пытались толкнуть на должностное преступление. И в них утверждается, что вы предлагали потерпевшему крупную сумму денег за вполне конкретную услугу: проведенная им генетическая экспертиза должна была доказать отсутствие родства между вами, родителями, и рожденным ребенком гарантированно.

То есть, в любом случае. Как вы можете это объяснить?

— Он лжет, вот как! — взъярилась Марина. — Или у него со слухом плохо, или с памятью! Это он нас спрашивал, нужна ли нам эта «гарантированная» экспертиза! Я ему ответила, что нам нужна честная экспертиза, а не «гарантированная»! Спросите у моего мужа, или у той женщины-посредника, они могут подтвердить!

— Женщина-посредник, как вы её называете, подтверждает показания потерпевшего, — следователь равнодушно сунул ей под нос ещё одну распечатку.

 — Ваш муж, понятное дело, занимает вашу позицию. Я же хочу установить истину, это моя работа.

— Так и делайте её! — Марина не выдержала и вскочила со стула. — Устанавливайте истину! — Она отшвырнула показания посредницы. — Это ложь! Это всё — ложь! Они заодно! Это она предложила мне заплатить «мимо кассы» и обещала проведение экспертизы вне очереди! А он нес какую чушь про «гарантированность» результатов, хотя нам были нужны самые обычные, честные! Вы вообще меня слышите?!!

В камеру для допросов вбежали двое охранников, Марину схватили и усадили на место.

Следователь аккуратно собрал бумаги и сложил их в папку.

— Советую вам вести себя более адекватно, если не хотите перебраться из камеры в карцер, — произнес он, направляясь к выходу. — И подумайте хорошенько, не пора ли начать сотрудничать со следствием. Ваше упрямство лишь отягчит последствия содеянного. Уведите её.

Весь следующий день она провела в камере, ни к следователю, ни к адвокату её не вызывали.

Обещанный защитник появился только через сутки. Марину отвели в комнату для допросов, но вместо следователя там её ожидала женщина в деловом костюме с дипломатом в руках. Почти сразу вслед за Мариной туда же привели Александра.

— Саша! — Марина бросилась к мужу. — Как ты? — Она попыталась осмотреть его. — Они тебя били?

— Нет, — успокоил её Александр. Он был небрит и устал, но с виду невредим. — Давили сильно, но не били. Пытались беседами мозги промывать.