Наследие 2

В десять часов утра вертолет оторвался от аэродрома, и полет начался. Правда, для Виолетты он начался слишком эмоционально, но теперь, когда животный ужас от нахождения на огромной высоте сменился сначала страхом, а после и вовсе смесью любопытства и восхищения, она с удовольствием разглядывала плывущую внизу землю и слушала разговор Ершова с пилотом. Глинистые пустоши сменялись песчаными, затем снова глинистыми, потом тень винтокрылой машины долго скользила по уныло однообразной гнилой мешанине кривого дистрофичного леса… Иногда внизу показывались руины довольно больших городов, и пилот на всякий случай поднимал машину выше. Потом снова были пустоши, песок, гнилая мутафлора, развалины, и ещё пустоши, пустоши, пустоши… Генетическая катастрофа сожрала планету, и то, что Виолетта видела сейчас на её поверхности, было не более чем последние очаги изуродованной мутациями жизни, медленно умирающей в гнойных мучениях.

Оставшаяся часть полета прошла незаметно, и предупреждение пилота о приближении к цели прозвучало для Виолетты неожиданно. Внизу потянулось бесконечное море развалин, из которого торчали скелеты полуразрушившихся высоток, остовы зданий и огромные груды обломков, оставшиеся от рухнувших под действием ветров и пожаров сооружений, определить назначение которых было давно уже невозможно. Вертолет пошел над широкой изогнутой лентой ржаво-коричневой реки, и пилот попросил Малевича подойти к нему.

— Вон Центр! На юге! — кивнул он на большой квадрат Периметра ЦСГР, Военизированный Пояс которого прилепился клевому берегу Оби напротив плотины ГЭС. — Издалека вроде целый! А аэропорт там! — пилот указал рукой на запад прямо по курсу. — Пройдем над Центром или сразу туда? Мы сейчас загерметизированы, нам ничто не грозит, даже если вирус есть и на этой высоте. Мне всё равно люки открывать, когда вас высаживать буду, так что по возвращении карантин обеспечен и так, и эдак! Как раз вся ночь на него и уйдет! Потом обратно, за вами! Так что, делать круг над Центром?

И тут Малевич изрядно удивил Виолетту, да и не только её. Он посмотрел на Ершова и сказал:"

"— Господин лейтенант, я прошу вашего совета! — В его голосе не было ни иронии, ни обычного высокомерия. — Опыта у меня нет, не хочу повторения трагедии и жертв, к которым привела моя некомпетентность в Подгорном. Я хотел попасть в этот рейд в должности младшего командира, чтобы принести пользу нашему Центру и получить ценный опыт, в командующие я не просился. Отец постарался, я так думаю. Но я отдаю себе отчет в собственных возможностях. Поэтому я возлагаю командование на вас, господин лейтенант, так как в вашей компетентности мы все имели возможность убедиться. Со своей стороны гарантирую всяческое содействие и поддержку.