Наследие 2

Повсюду валяются предметы обихода, изорванное имущество, обрывки одежды. Местами на дороге попадались разбитые электрокары, перевернутые набок или уткнувшиеся в стены строений. Гермокорпуса испещрены пулями, всюду валяются стреляные гильзы. И по-прежнему нигде не было видно человеческих останков.

— Тут шла настоящая война, — инвазивный здоровяк поддел ногой кучку ржавых гильз, прикипевших друг к другу. — Они что, инфицированных расстреливали, что ли? Или наоборот?

— Это абсолютно исключено! — возразила Виолетта. — Согласно последним сообщениям, полученным из Новосибирского ЦСГР, эпидемия в первую очередь поражала двигательные центры и систему кровообращения человека. Инфицированные не могли ходить, у них поднималась высокая температура, под сорок один градус, сбить которую не удавалось. Первые жертвы эпидемии погибли именно вследствие фатального перегрева головного мозга. Ни стрелять, ни, тем более, ходить в таком состоянии они не могли."

"— Остается только одно объяснение, — иронично хмыкнул Ершов. — Жители Новосибирского отметили начало эпидемии всеобщим праздничным салютом. Бармалей! — он вышел в эфир, вызывая старшего передовой группы. — Идем к правительственному сектору. Начальство спустило приказ в первую очередь проверить Центр Управления и спутниковую связь.

— Скажите, Виолетта, — поинтересовался Малевич, — как быстро вирус поражал людей?

— Согласно тем данным, что имеются в нашем распоряжении, инфицирование происходило очень быстро, в считаные минуты, — ответила она. — Но у болезни имелся инкубационный период порядка шести-восьми часов, который проходил незаметно, без каких-либо симптомов. А в чем дело, Леонид Львович?

— Просто любопытно, — пожал плечами тот. — Всё-таки из-за него погиб целый Центр, свыше полумиллиона человек. И мы сейчас находимся как раз в нем.

Отряд повернул на нужную улицу и двинулся дальше. Картина всеобщего хаоса вокруг не изменилась, и пробы, которые Виолетта брала по мере продвижения вглубь мертвого Центра, всё так же давали синий цвет химических индикаторов. До правительственного сектора дошли спустя час, там следов разрушений оказалось ещё больше.

— Сектор заблокировать не успели, — прозвучал в эфире доклад разведчиков. — Гермозатворы межсекторных перегородок не опускались. Ерш, вижу воронки, похоже, здесь выставляли мины. Есть обрывки скафандров и обломки гермошлемов со следами крови. Трупов или скелетов не наблюдаю.

Улица вдоль президентского гермокорпуса представляла собой сплошную свалку из разломанных вещей, россыпей измятых листов многоразовой бумаги и рваного тряпья. Но вход в крыло президентской администрации, в котором находился этаж Центра Управления, неожиданно оказался закрыт.