Наследие аристократки

Продавец и аукционист всегда на нее надеются и ждут покупателей, которые не жалеют денег ради понравившейся вещи. Филипп очень хотел, чтобы украшения Маргериты вызвали такой интерес, а для этого нужно было добавить в каталог много интригующих сведений о бывшей владелице этих сокровищ. И хотя все деньги перейдут в казну Нью-Йорка, Филипп все равно хотел, чтобы аукцион прошел на высшем уровне. Этого требовал его врожденный профессионализм, да и украшения Маргериты заслуживали самых лучших цен.

Филипп поведал об этом Джейн, пока они шли к кафе, которое находилось недалеко от Рокфеллер-центра. Заведение было небольшое, но уютное, милое и теплое. Он попросил официанта усадить их в тихое место. Джейн устроилась в мягком кресле и улыбнулась Филиппу. Все, что он говорил, было очень интересно. Рядом с ним Джейн чувствовала себя легко и спокойно. Алекс сказала правду – их встреча не была свиданием и ей незачем испытывать чувство вины. Их связывал только предстоящий аукцион. Глупо было так волноваться из-за делового обеда.

– Как прошел выходной? – спросил Филипп."

"– Ходила в кино с подругой, – легко ответила Джейн. – Немного почитала к экзамену, поработала над курсовой.

– Звучит не очень весело, – с сочувствием проговорил Филипп. Джейн была серьезной девушкой, и ему это нравилось. Он восхищался тем, как Джейн работала с ним над делом Маргериты. – Чем вы хотите заниматься после университета? – спросил Филипп.

– Семейным правом. Или детским. Часто, когда родители воюют друг с другом во время развода, то забывают о детях. Все эти споры взрослых – совместная опека, когда ребенок живет то у отца, то у матери и обязан переезжать каждую неделю, а родители пользуются им, чтобы отомстить друг другу и что-то «выиграть» в разводе, – могут сломать неокрепшую психику. Я хочу начать в какой-нибудь юридической конторе, которая занимается такими делами. Работать с приемными семьями, с малоимущими. Вариантов много.

– Значит, вопросы наследства и налогов вас не интересуют? – спросил Филипп.

– Конечно, нет, – с улыбкой ответила она. – Хуже и быть ничего не может. Единственное дело, которым я занимаюсь с удовольствием, – это дело Маргериты. Все остальное было скучным и унылым.

Подошел официант, и Джейн заказала сырное суфле, а Филипп – тушеную утку.

– А как прошли ваши выходные? – спросила она после.

– Я провел их с любовницей, – спокойно ответил Филипп.

Джейн чуть не подпрыгнула от удивления.

– Ничего себе, – проговорила она, стараясь отнестись к его заявлению равнодушно, без осуждения. Во всяком случае, Алекс была права: их встреча – точно не свидание.

Филипп невинно улыбнулся и объяснил:

– Она – сорокалетняя, тридцатифутовая яхта, которую я держу в гавани Лонг-Айленда.