Превращение Карага

Миллинг был подозрительно хорошо осведомлён обо всём, что со мной происходит. Откуда он узнал, что Марлон отобрал у меня нож? И обо всём, что происходит в школе? Кто ему обо мне докладывает? Может, за мной шпионят? И в письмах его проскакивают странные фразы… Почему мне не следует дружить с мелкими и жвачными? Что он знает о Холли и Брэндоне? И это странное пожелание «И старайся высыпаться». Он написал это сразу после того, как Брэндон во сне скакал через прерию. У Миллинга что, повсюду шпионы?

А вдруг это Брэндон следит за мной? Нет, не может быть. В ту ночь кто-то мелькнул за окном, я кого-то спугнул. Если это шпион, то он кто-то маленький и юркий.

Совершенно раздавленный, я кое-как умылся. Может ли Холли быть предательницей? Она-то как раз маленькая и юркая, она легко бы спряталась на карнизе за нашим окном. Я никого не почуял – но тогда ветер дул не в нашу сторону.

– Расскажи! – пристала Холли за завтраком. – Миллинг был с тобой добр?

Я не знал, что ответить. Да, в общем-то, он был ко мне добр, но при этом напугал меня до полусмерти. Я не готов был об этом говорить. Если рассказать Холли – сегодня же об этом узнает вся школа. Даже если она и не шпионка.

– Он просил не разглашать, о чём вы говорили? – предположил Дориан, как всегда разлёгшись на стуле."

"Он один среди нас по-взрослому пил кофе. Не понимаю, что люди находят в этом горьком пойле.

– Именно, – подтвердил я с облегчением.

На этом допрос и кончился. Волки меня игнорировали. Я был рад. Они сидели, как всегда вместе, вокруг столика, тырили друг у друга сосиски, подбрасывали их в воздух и ловили ртом. И ни к кому не приставали этим утром. Тень, девочка-ворон, стащила у них кусок сосиски, но волки только рассмеялись. Волки всегда ладили с воронами.

Первым уроком была история с Биллом Зорки. Урок просто прошумел мимо меня, и я даже не обратил внимания, о чём шла речь – о Гражданской войне или о Древнем Египте. Следом шла биология – с самой директрисой. Она улыбнулась мне, и я сумел ответить ей тем же. Ей я мог рассказать о вчерашнем. О том, что Эндрю Миллинг опасен, что он задался целью как можно сильнее навредить людям и замыслил для этого что-то страшное. Она мне поверит, она знает, что делать, у неё ум острее охотничьего ножа.

После урока я дождался, когда все высыпали на перемену. Лисса собирала свои бумаги. Теперь она пойдёт в сад тренировать лётную эскадрилью школы – сову Труди, брата и сестру воронов, сороку со второго курса и беркута-третьекурсника. Она увидела, что я остался в классе один, и снова мне улыбнулась:

– Да, Караг, как вчера пообщались с Эндрю Миллингом? Тебе повезло с наставником, другим так не везёт!

У меня слова застряли в горле.

– Может быть, – выдавил я из себя наконец.