Наследник 3

Голос у него был сильный, завораживающий, но сама песня оказалась длинной и тягучей, явно не для поднятия боевого духа или веселья на площади.

Когда и они закончили, я потер подбородок.

— Неплохо, — протянул я. — Голоса есть, играть умеете. Только песни ваши… Народ их сто раз слышал. Нужны мне песни новые, другие. Чтобы и про дела ратные, и про землю нашу, и, может, про меня доброе слово сказать. Я вас научу словам и напевам. А вы уж разучите да пойте складно.

— Новые песни? — Рыжий аж подскочил. — Да мы… да мы завсегда!

— Вот и договорились, — кивнул я. — Значит так. Архипка, — повернулся я к купцу, — определяешь их на постой, где скажет Илья. Да приглядишь за ними пока. Кормежку выделят с княжеской кухни. А плата — по рублю серебром на ватагу в месяц, но только когда мои песни петь начнете как следует. За обучение возьмусь сам, как время будет. А пока веди их, пусть располагаются.

Архипка с готовностью поклонился, скоморохи, загалдев, потянулись за ним.

— Ты уже и песни сочиняешь, — добродушно хмыкнул дед Прохор, когда за ватагой закрылась дверь.

— Всякое умение на пользу может пойти, деда, — отмахнулся я. — Слово тоже оружие.

Последующие дни потекли в привычной зимней рутине. Мороз крепчал, Волга давно покрылась крепким льдом. Я продолжал заниматься полком. Дядя Поздей гонял бойцов близ города от рассвета до заката, добиваясь слаженности. Не забывая и в дозор отправлять. Особое внимание уделял новичкам из Твери. Работа шла — люди притирались друг к другу, учились понимать команды с полуслова.

Посадские тоже учились, хоть и роптали поначалу, но под строгим надзором стрельцов осваивали азы огненного боя. Я сам несколько раз приходил посмотреть на их учения — зрелище было пока неуклюжее, но уже не такое безнадежное, как вначале. Главное, чтобы страх перед самопалом прошел.

Сторожей же муштровал с пистолями. Дело продвигалось медленно, но верно. Они уже научились заряжать оружие и даже попадать по щитам с двадцати шагов. Это был прогресс. А там и молодых из разных десятков подключал. Да и про скоморохов не забывал, разучивая с ними новые песни, первая из которых была из моего любимого фильма «Неуловимые мстители», про погоню. Правда, ее переделать маленько пришлось. Но народу она пришлась по вкусу, а там и я приноровился.

В один из дней я призвал к себе Архипку.

— Ну что, купец, как твои подопечные?

— Ничего, княже, обживаются. Шумят, правда, да песни горланят с утра до ночи, — улыбнулся Архипка."

"— Пусть горланят, на то и скоморохи, чтобы народ веселить, — кивнул я. — Дело к тебе новое есть. Зима на исходе, скоро весна, а там, глядишь, и распутица. Запасы зерна в городе пополнить надобно, пока дороги стоят. Поезжай по окрестным ярмаркам, в ту же Тверь, может, али еще куда, где хлебом торгуют.