Наследник для оборотня (СИ)
Я захотел ее в тот же момент, когда увидел. Просто понял, что она должна принадлежать мне и больше никому. Она моя! Моя вещь. Моя игрушка. Моя собственность! Я пытался быть хорошим. Добрым. Понимающим. Но она будит худшее, что во мне есть. Дразнит зверя. Играет со мной, не понимая, что за такие игры придется расплачиваться. И цена будет непомерно высокой. Она сама придет ко мне и назовет своим хозяином.
Я должен заставить ее истекать влагой. Так, чтобы это невозможно было остановить. Так, чтобы по ее бедрам текли прозрачные струйки, которые я слизывал бы жадным языком.
Я хотел видеть, как набухает ее чувствительная плоть, хотел чувствовать это губами.
Даже здесь она была совершенной. Сложно сопротивляться желанию, которое практически убивает.
Я опустил ее еще ближе, почти усаживая на лицо и потянулся языком к нежным губкам. Марина дернулась в моих руках, а я наконец ощутил ее невероятный вкус. Боже… Это ад. Или рай? Где может быть так хорошо? И что заставляет так желать еще? Я знал, что стану зависим от ее вкуса и аромата, от этих ласк.
Я начал вылизывать ее розовые складочки. Хотелось коснуться их пальцами, но если перестану ее удерживать, она не даст мне попробовать. С трудом контролируя силу и не позволяя когтям вонзиться в ее кожу, я жадно вылизывал сладкую на вкус киску. Здесь она тоже была карамельной.
По моему языку растекался нагретый сахар, и я не сразу понял, что это… ее влага. Марина возбуждалась. Не смотря на ее неприязнь и ненависть, мне удалось получить несколько капель ее желания.
Малые губки набухали и становились искушающе алыми. Всасывая их в рот, я углублялся языком в ее узкий вход. С трудом, еле-еле. От мысли, насколько трудно будет войти в нее, меня бросило в жар, способный сжечь все кругом.
Тихие стоны Марины, прорывались сквозь плотно стиснутые зубы. Она сопротивлялась и мне, и себе. Зачем? Разве это имеет смысл? Нам может быть так хорошо… Я покажу ей насколько. Или умру, пытаясь. Потому что справиться с этим диким возбуждением было уже невозможно.
Я нашел языком набухшую горошинку клитора.
Я всасывал губами клитор, сдавливал набухшие складочки и пытался протолкнуть язык глубже в ее тугую дырочку. Она вся будет моя. Ни одного сантиметра тела, который я не попробую и не узнаю. Марина начала дрожать. Ее бедра напряглись. Я все-таки убрал одну руку, перестав ее удерживать.
Я почувствовал тугой барьер ее девственности и нежно его погладил. Марина тихо вскрикнула, и я прижал язык к ее клитору. Ее аромат стал насыщеннее. Кровь бурлила и шумела. Вот оно… Сейчас…
Влаги стало так много, что я не успевал собирать ее губами. Собственный оргазм накатил как ударная волна. Я понимал, что не сдержусь.














