Наследник для оборотня (СИ)

Маттиас сам ответил на свой вопрос:

— Ты в смятении…

— Хватит нюхать меня.

— Не могу сдержаться. — На этот раз Маттиас грустно усмехнулся и поднял руки, сдаваясь. — Хочу знать, как это — иметь невесту.

— Пока что не радуюсь.

Сам не знаю, почему признался. Наверное, даже мне нужно с кем-то поделиться тем, что копится внутри. Хотелось бы поделиться с невестой, с Мариной. Но именно на ней и сосредоточены мои проблемы.

— Заметно. Но… разве есть какие-то сложности? С твоей-то внешностью и возможностями. Обычно, с женщинами у нас никаких проблем не возникает.

На это пришла моя очередь горько усмехаться:

— Наверное, именно поэтому, мне досталась та, с которой каждая секунда — проблема.

Я чувствую странную заминку Маттиаса, и интуиция не обманывает.

— Она… похожа на твою мать?

— Нет. Слава Богу, нет. Но с самого начала я неправильно себя с ней повел. — Мне хочется проорать обо всем, что я натворил и спросить совета, как все исправить. Осознание того, что я — взрослый мужик, который может позволить себе все, не помогает. Сейчас я неопытный пацан, впервые полюбивший. Да так, что эта нездоровая идеализированная любовь останется со мной на всю жизнь.

 — Не повторяй моих ошибок. Не торопись, когда найдешь свою. И не пугай ее. Постарайся понравиться и завоевать. Потому что, в противном случае, это — ад. Если, конечно, она хоть немного окажется похожей на мою.

Маттиас начинает громко хохотать, перекрывая шум ветра:

— Зная, мое везение, мне достанется настоящая мегера! Уже не терпится познакомиться с твоей. Хочу узнать, какая она.

Я самодовольно усмехаюсь:

— Она лучшая. — И тут же хмурюсь, понимаю, что Маттиас только что сказал.

 — Но даже не думай, что я подпущу тебя к ней.

— Думаешь, я буду претендовать на твою невесту? Как бы сильно я тебя ненавидел, можешь быть спокоен.

Может, я становлюсь параноиком, но эти слова ни капли не успокоили.

— Когда встретишь свою, поймешь мои чувства.

Маттиас опять захохотал. Лучше бы заткнулся и сидел молча.

— У тебя есть чувства? Да ладно? С каких это пор?

Я не стал ничего отвечать. Кто бы что ни говорил, я не был бесчувственным. Но любое проявление эмоций могло стать уязвимостью. Поэтому, я научился их скрывать. Так было проще.

Да и что дает открытое проявление себя? Я признался Марине, и что? Она восприняла мои слова, как издевательство и оскорбление. Лучше бы промолчал.

Пришлось снизить скорость, когда въехали в лес. Дорога к крепости была еще не готова. Наверное, нужно было в первую очередь позаботиться именно о ней, но в голове все перемешалось. Я просто хотел создать дом, в котором можно было бы спрятать Марину. И спрятаться вместе с ней. А то, что вокруг — непроходимый лес, меня мало волновало. Наоборот, так даже лучше.