Наследник для оборотня (СИ)

Боль, и эта странная ошибка в сердечном ритме ударили по вискам, заставляя осознать, что я лежу в кромешной темноте, и кто-то обнимает меня. Я чувствовал, как дрожат тонкие пальцы, будто нажимают на клавиши пианино. Теплое дыхание гуляет по шее искушающей сладкой лаской. А в воздухе разлит потрясающий аромат горячей сливочной карамели. Словно кто-то расплавил сахар за секунду до моего пробуждения.

Этот аромат… Аромат Марины. Я жадно втянул его ртом, и на языке тут же осели крупинки сахара. Я ощущал их сладость! Ощущал как они обволакивают язык нежным сиропом. Это было настолько нереально, что на несколько мгновений я усомнился в здравости своего рассудка.

Твою мать! Что происходит?! Марина рядом… Я догнал ее? Удержал? Снова изнасиловал? Что я, черт возьми, сделал?!

Почему я не могу вспомнить того, что было после ее отъезда? И то, что было до того, как она всадила в меня нож… Хотя это не так важно. Я совершил столько ошибок с ней, что даже не хочу знать, как довел нас до того.

Но она со мной… Со мной ведь? Я сжал руками ее хрупкое тело. Под пальцами ощущалась нежная прохладная кожа. Шелковистая спина, камушки позвонков, две соблазнительные выемки на пояснице. Марина была обнажена. Она доверчиво льнула ко мне и источала возбуждающий запах секса, сна и карамели. Вкусно настолько, что рот наполнился слюной.

Я жадно сглотнул, превозмогая желание впиться в нее зубами и сожрать. Она только моя. Никуда не отпущу. Никому не отдам. Пусть хоть изрежет меня на лоскуты. Марина принадлежит мне. Мне!

Она сама признала это! Прыгая на моем члене, простонала громко и отчетливо.

На меня нахлынули воспоминания. Картинки, одна ярче другой, вспыхивали в мозгу, возбуждая с новой силой. Погребенная на дне озера ведьма, разговор с Мариной, мать и Диана, припершиеся в самый неподходящий момент… Пустой зал и мои отчаянные попытки объяснить многовековые устои. А потом… Потом Лилино зелье перестало действовать. Какого хрена?! Не хватило даже на неделю. Может, его нужно пить каждый день?

Не-е-ет… Я не смогу себя добровольно лишить того, что устроила Марина. Она оказалась совершенно неудержимой. Такой же дикой, как и я. Каким-то непостижимым образом она знала и чувствовала, что мне нужно и как. Ей удалось погрузить меня в свою фантазию настолько, что какое-то время я не осознавал себя иначе, как отъявленный школьный хулиган, пытающийся совратить умницу и отличницу.

Оргазм, который она мне подарила, был чем-то нереальным. Такого со мной не было еще никогда. Все перепуталось, стерлось. Осталось только чистейшее удовольствие, которое парализовало тело, но одновременно, не затихая, мучило все нервные окончания.

Я ни черта не соображал, превратившись в клубок инстинктов и чувств. Остались только ощущения.