Наследник ищет дом

Обычно призраки — это сгустки энергии, наделённые эмоциями. Чтобы развеять их, достаточно вдарить по ним большей энергией. Эти же… Другие. В них слишком сильно влияние Пространства и Времени. Странные призраки места… Искажённые близостью к аномалии. Пожалуй, по местной терминологии их можно назвать Непредвиденный случай. И да, ты не уничтожила их. Метка не потеплела. Идём.

Без тени сомнения я перешагнул невидимую черту. Похоже, исконные границы этого имения чуть меньше тех, которые указаны в современных картах. И «защитники» стояли именно на границе.

— Прикрывай меня, подруга. Ты — наш главный боец.

«Есть, капитан!» — шутливо козырнула зверюга.

И мы двинулись дальше по высокой траве. Да, на территории, охраняемой призраками, было гораздо зеленее, чем вокруг нее. Похоже, всё худшее от точки постоянных аномалий впитывали в себя как раз защитники, а не земля.

«Оппа, я прикрою!» — яростно кричала зверюга, бросаясь на очередных крестьян с косами.

Или:

«Положись на меня»! — с этими словами она сожгла трёх бойцов в призрачных артефактных доспехах и при мечах. Огня на этих ребят потребовалось больше, чем на крестьян.

Вскоре впереди показался кованный забор, почерневший от времени и заросший плющом. Часть его секций отсутствовали.

А за забором виднелись почерневшие постройки, позади которых возвышалось главное здание — длинный двухэтажный особняк, построенный ещё в девятнадцатом веке при моём прапрапрапрапрапрадеде Николае Первом.

— Дом мой достроен, но я в нём один… — непринуждённое напел я.

«Ага! Один! Как же!» — мысленно пыхтела зверюга, отбиваясь от очередной партии призраков.

Разогнав их, она подлетела ко мне. Посмотрела на округу, на дикую растительность перед домом и произнесла:

«Тут больше подходит вот что. К-х-х! — она прочистила горло и, выпятив грудь, запела: — В заросшем па-а-арке, стоит стари-иный до-о-ом!»

— Ты права, — согласился я, двигаясь дальше и вертя головой по сторонам. — Окна и двери в самом деле забиты.

«Может, уже скажешь, чья это рухлядь, а?»"

"Глядя на её кислую мордочку, я лукаво улыбнулся:

— Ты видишь то же, что и я. Значит, должна была видеть документы.

Она скривилась ещё сильнее.

«Ты совсем дурной, оппа? Думаешь, я буду читать эту муть? Я тебе сто раз говорила, вы, людишки, все усложняете! Тоже мне! Придумали писать соглашение на бумаге! Ну не бред ли? Поставили огненную печать клятвы друг другу на душу и всё. Кто нарушил договор, тот сгорел. А что с бумаги, с твоей? Только печку растапливать неумехам, не владеющим пламенем. Ну? Чьи это земли?»

Ответить я не успел — лисица напряглась, первой увидев очередную толпу призраков.

Когда враги оказались в моём «усиленном поле», я аж замер.