Наследник магната

Папа нам с Киром купил каждому по квартире. Сказал, чтобы шуры-муры устраивали не на глазах мамы. Но их коварный план все равно провалился, – рассмеялся Никита и, когда увидел мое непонимающее лицо, пояснил: – Я уехал учиться и действительно учился, а не шуры-муры устраивал. А Кир в своей только спит после работы, он у нас трудоголик. Так что внуками наших никто не одарил, а они спят и видят, как мы приведем с виноватыми глазами какую-нибудь несчастную.

– Почему несчастную? – опять не поняла я.

Ник нахмурился и серьезно посмотрел прямо в глаза:

– Саня, ты что, прогуливала уроки по верской социальной иерархии?

– Почему? – возмутилась я, хотя и прогуливала.

Ну что там можно не знать: элита и есть элита. Еще и детей иметь могут от очень ограниченного числа женщин. Да многие вообще детей иметь не могут и живут. А тут прямо проблема у богатых. В общем, всерьез я это все не воспринимала.

– Потому что, к сожалению, беременность не гарантирует совместимость. И если родится мальчик, то он всегда забирается отцом в свою семью. Мать на него теряет какие-либо права.

– Что?! – я с ужасом уставилась на Ника и неосознанно прижала ладонь к еще плоскому животу.

 – Ребенка могут забрать?

Ник тяжело вздохнул и потянулся.

– Полностью и безвозвратно, если вер не сошелся с будущей мамой характерами. Так что быть нашей парой не так уж и здорово. Но, с другой стороны, если мы влюбляемся, то на всю жизнь.

– Ой прямо на всю, – ткнула я локтем Ника. Никогда бы не подумала, что он, например, может настолько сильно в кого-то влюбиться.

– На всю, – ответил он серьезно, а потом нагнулся ко мне ближе и оскалился, демонстрируя чуть длинные резцы, – мы же потомки оборотней.

– Пятая вода на киселе, – рассмеялась я.

– Вот сейчас возьму и покусаю! – обиделся Никита, а потом клацнул зубами и рассмеялся, когда я от него машинально дернулась. Лифт остановился, и двери снова мелодично разъехались в стороны, выпуская меня в просторный красивый холл. Здесь была только одна дверь. Никита быстро набрал код на цифровом замке и распахнул дверь, а потом склонился передо мной в шутовском поклоне и пригласил жестом внутрь.

Я медленно вошла и замерла, вглядываясь в пейзаж за огромными панорамными окнами.

Какое же это было удивительное чувство свободы. Почти полета. Я как под гипнозом шла к этим огромным окнам, но с каждым шагом все сложнее переставляла ноги. Беременность. Потеря работы. Отсутствие денег. Родители, которым я должна была помогать, а не они мне. Полная тотальная неопределенность. А ведь еще на следующей неделе меня ждала поездка в детдом. Петька наверняка уже собрал свой рюкзак и ждал меня.

Что теперь будет?!

Я замерла, хватая ртом воздух. Перед глазами заплясали черные мушки.