Наследник олигарха (СИ)

Просто сказал, что у меня появилась некая информация, которая самым прямым образом может повлиять на её жизнь: работу, семью, свободу.

Предложил поговорить. В машине. Или поехать туда, где она будет себя чувствовать в безопасности. Она смиренно выбрала небольшое кафе неподалёку от ее дома. А я настоял на закрытом вип-зале. За небольшую доплату зарезервированный вип-стол радостно выделили мне.

— У меня есть подкреплённая доказательной базой информация, — начал я, как только мы заказали кофе и остались наедине. Даже если здесь есть камеры, мне наплевать. Это работа Олега — зачищать лишние свидетельства, но если он этого не сделает в данном конкретном случае — мне глубоко фиолетово, — что вы организовали подлог документов на Миронову Владиславу Александровну во время документальных проверок медучреждений, где наблюдалась девушка. Дело было три года назад, я вполне допускаю мысль, что вы давно уже позабыли об этом пренеприятном инциденте, но очень советую вам немного напрячь память и вспомнить подробности.

— Я… не совсем вас понимаю.

— Объясню.

Кратко, не вдаваясь в подробности, я расписал, что формы поддельных документов не соответствуют нормам законодательства — это признало руководство клиник, в которых было совершено преступление, чрезвычайно заинтересованное в сохранении своего безукоризненного имиджа. Врачи в один голос кричат, что их подставили, а все факты указывают на неё. Ну и тут я ещё немного приврал, что один из врачей запомнил ее и ему настойчиво подсунули на подпись документы, которые он не оформлял.

— Если я рот открою, разразится такой скандал, что вас с текущего места работы с позором вышвырнут на улицу, а после даже в обычную школу фельдшером обратно не возьмут. В моих силах сделать так, что вашего мужа выгонят с работы… а ещё я такой ненасытный, что могу и на этом не остановиться. Имейте в виду, Ольга, я знаю о вашей семье все. В какое время по утрам ваша дочь выходит гулять с собакой и сколько любовниц у вашего мужа.

Глаза ее округляются, а потом женщина недоверчиво прищуривается.

— Дополнительные вступления нужны? Или мы сразу перейдем к делу?

— Что вы хотите? — упавшим голосом уточняет женщина. Взгляд ее совсем высох, ни единой эмоции там не замечаю.

— Рассказывайте, как дело было. Особенно меня интересуют причины. И то, что вы с отцом были любовниками, можете не опускать, если это на что-то повлияло. Начинайте.

— Это было несложно. В клиники, где уже были карточки пациента, понадобилось просто вложить несколько документов, и сделать все так, чтоб в глаза не сильно бросалось. Электронные архивы меняли профессионалы. На мне были только бумаги и подлог. Подпись девочки я не знаю, откуда взяли. Я отдала бумаги — мне вернули от неё подписанные.