Наследник павшего дома. Том I

Продвинутый мегаполис, полный летающих машин, покрытые мраком мёртвые руины, в которых раскиданы светящиеся магией кристаллы, расплавленное поле от горизонта до горизонта…

Не понимаю, что это за пейзажи — галлюцинации? Настолько реалистичные и после каждого пространство мерцало, и я на несколько секунд видел сияние переливов тьмы и света. Разноцветные частицы то замирали, то проносились мимо подобно мелким ледяным осколкам в свете прожекторов, как когда приходилось летать в разбитых ледяных кольцах.

Бесконечная пляска огней, странный шелестящий шум вокруг… Всё это сбивало с толку, при этом я не ощущал движения или гравитации.

Я никак не мог осознать происходящего, хаотично несясь сквозь непонятный мир.

Теперь ледяная пустошь и сразу за ним обычный на вид лес, реки и озёра… синее поле из чистого кристалла, а вокруг солнца в небе два концентрических кольца гало. Очередное мерцание, перенос и теперь солнце у самого горизонта, подсвечивает островок зелени, но лучи быстро исчезают, словно их поглощает само пространство и дальше властвует тьма и запустение, что не смеет слишком приблизиться к свету и жизни.

Мерцание, перенос.

Меняющийся, непрерывно искажающийся мир, который мой разум попросту не способен воспринять. А сразу за ним огромное каменистое поле с редкими растениями. Похожие на горы облака как будто рассекли исполинским мечом, разделив небеса. Непрерывно скачут разряды молний и сверкают вспышки магии.

Всё предельно… странно. Я не могу вдохнуть или пошевелиться. И ощущение… как словно я целиком в воду погрузился — обволакивающее, слегка давящее и холодящее. Просто смотрю на смену картинок. Снова леса, гористая местность, а за ними… зависшая в воздухе огромная водная сфера, в которой плещутся рыбы, настоящий парящий океан. А сразу за ней кристаллические поля… совершенная пустая область…

И наконец — яркое белое пространство, пронизанное реками энергии, а в нём…

* * *Очнулся я резко и сразу застонал. Мутило ужасно, ощущал себя как в тот раз, когда я с мужиками отключил в шагающих штурмовых роботах компенсаторы и бегал по полигону, поспорив кто дольше продержится.

Нет, как когда нас на этом поймал инструктор и на все следующие учения отрубил нам эти компенсаторы. И всё это в десятой степени."

"Болело всё — абсолютно всё: каждый кусочек тела. Каждая клеточка говорила, как ей плохо и требовала сделать хоть что-то, а я не мог. Никакой ориентации пространстве не было, зрение в расфокусе выдавало мне мешанину тёмных оттенков. В каюте явно был включён режим ночного освещения. Единственное что дошло до разума: я всё ещё в скафандре, лежу горизонтально и рядом кто-то есть. Голоса сливались в несвязный гул и звучали на повышенных тонах.