Наследница

И самое главное — он должен чувствовать, что за его спиной стоишь ты — Эллия, которую он должен защищать не только из чувства долга, но и по велению своего сердца. Тогда он будет еще сильнее. Вот скажи мне, почему ты постоянно всем и особенно ему тыкаешь, что ты божественное дитя?

— А разве это не так, папа?

— Так, но ты хоть раз слышала, что бы твоя мама об этом постоянно всем говорила — мне, своей лучшей подруге Алисии, придворным? А ведь она не менее тебя божественное дитя!

Я на самом деле, ни разу не слышала, что бы мама говорила о своем божественном происхождении.

— Маме не нужно это говорить, особенно тебе. Ты никогда маму не оскорбляешь. Я даже ни разу не слышала, чтобы вы ругались.

— А знаешь почему?

— Потому, что она королева?

Отец тяжело и разочарованно вздохнул:

— Нет, Эллия. Потому, что мы любим друг друга и самое главное, потому, что мы с уважением относимся друг к другу. А своим подданным она не напоминает это, потому что об этом всем и так известно. Ее подданные с благоговением относятся к ней. И как раз ее божественное происхождение накладывает на твою мать обязанность — быть хорошей королевой и в первую очередь, заботиться не о себе, а об аквитанцах, как о своих детях. К тебе тоже относятся с благоговением. И когда придет время, ты возьмешь на себя обязанность заботиться о своих подданных. А как ты о них будешь заботиться, если ты в первую очередь любишь только одну себя?

— Нет, папа, я и тебя люблю, и маму, и бабушку.

— Этого очень мало, Ваше Высочество! Поэтому, я попрошу королеву, уделять тебе больше внимания, в плане обучения управлению государством. Для тебя это будет намного полезнее, чем играть в куклы в игровой комнате!

— Со мной и так, папа, мало кто играет в куклы. Я, конечно, могу детям придворных приказать играть, но они тогда становятся какими-то деревянными. Боятся, лишний раз, к куклам прикоснуться, даже просто двинуться с места. Только Святослав нормально играет со мной.

— Играл.

— Что, папа?

— С этого дня, он больше не будет играть с тобой в куклы!

Мне стало обидно. Почувствовала, как слезы стали наворачиваться на глаза. Папа смотрел на меня, его лицо смягчилась:

— Хорошо. Он сможет играть, но только в том случае, если ты его попросишь. Именно ПОПРОСИШЬ, Эллия, а не прикажешь. А попросить ты должна его хорошо, что бы он согласился. Сам согласился. Поняла?"

"— Да. — Тихо ответила я. Великая Богиня! Я буду ЕГО ПРОСИТЬ?!! Он не согласится! Что делать? Надо будет спросить у бабушки!

В дверь постучались. Отец обернулся. В комнату зашел дядя Анри, Верховный Маг Аквитании.

— Ваше Высочество, принцесса Эллия! — Дядя Анри сделал церемониальный поклон.