Наследница

Мне было очень важно знать, что Святослав понял то, что я отдалась первый раз по собственной воле, впоследствии подцепив какую-то заразу, выжигающую меня желанием и стремлением оказаться во сне и в объятьях голубоглазого блондина, заставляя идти на новую экзекуцию для разума, получая минутное удовольствие лишь телом.

Я повторила это несколько раз, отмечая, что и без того напряжённый Слав становится ещё злее, сжимая руки в кулаки, но не его ревность мне была нужна, а его понимание!

Опустив голову, и уставившись глазами в пол, глотала слёзы, рассказывая, как молилась каждую ночь о его спасении, узнав о бойне и падении Цитадели, пока я … пока меня …

Слав оказался возле меня за долю секунды, потянув вверх, заставляя подняться.

— Эллия! ОН БОЛЬШЕ НИКОГДА К ТЕБЕ НЕ ПРИТРОНЕТСЯ!

Ярость полыхала в глазах Святослава, отражаясь сверкающим блеском в их синей радужке, но мне не было страшно. Я впервые за долгое время чувствовала себя в абсолютной безопасности, словно попала домой. Злость парня была направлена не на меня, а на моих обидчиков, и я окончательно уверилась в словах любимого.

Облегчение было настолько сильным, что, не выдержав его мощности, разрыдалась, а Слав растерялся, неловко прижимая меня к себе, нежными движениями гладя дрожащую спину в успокаивающем жесте.

— Элечка, любимая моя, хорошая… не плачь, ты разрываешь моё сердце…

— … нет… я не… не хорошая… — сквозь рыдание вырывались из меня всхлипы, — это ты — хороший… Слав… я не достойна быть твоей невестой!

— Дурочка! Я так люблю тебя!

Святослав прильнул к моим губам, уничтожая ненависть и презрение к самой себе, наполняя душу восторгом и нежностью.

От слабости у меня подогнулись ноги, и Слав сразу же подхватил меня на руки, прижимая ещё теснее к своей разгорячённой коже, заражая меня страстью и желанием.

— Ты только моя, — твёрдо произнёс молодой граф де Конт, на секунду отрываясь от моих губ, чтобы посадить свою ношу на постель.

Синеглазый парень хотел отстраниться, но я не позволила, вцепившись в него, как утопающий за соломинку.

— Слав… пожалуйста… сделай меня своей…"

"— Нет… Эля, до твоего совершеннолетия осталось совсем немного, — неубедительно даже для самого себя прошептал Святослав, а его глаза стали приобретать тёмно-синий оттенок, напоминая цвет моря перед бурей.

— Пожалуйста…

Мой жалобный стон, словно поколебал реальность, и Святослав обречённо прикрыл глаза, едва сдерживаясь, чтобы не поддаться мольбам.

Я понимала, что проиграю, с тревогой всматриваясь в мужскую фигуру, которая была закалена в боях и многолетних тренировках, отчего мышцы на руках, груди и спине, казались литыми и необычайно привлекательными, и испугалась ещё сильнее, боясь, что спутник детства сейчас отправит меня обратно в мои покои.