Наследница

В его лице неожиданно светилось высокомерие.

– Если вы поможете мне, расскажете о том, что между нами было. Я уверена, что смогу вспомнить.

– Вспомнить? – Влад нехорошо усмехнулся и стал медленно приближаться ко мне.

В душе шевельнулось нехорошее предчувствие. Он подошел так близко, что я невольно попятилась и со всего маху неловко уселась на лежак. Положение человека, смотревшего на собеседника снизу вверх, делало меня уязвимой.

Он склонился, и наши глаза оказались на одном уровне.

– Что ты хочешь обо мне вспомнить?

– Мы любили друг друга? – Я для чего-то прижала сумку к груди, как щит, подсознательно пытаясь отгородиться от нависавшего надо мной мужчины.

– Мы? – Он высокомерно усмехнулся. – Точно нет.

– Лжец.

– Но ты ведь это не можешь знать наверняка, так ведь, Анна?

– Но ведь я могу и проверить…

Секундой позже моя ладонь легла ему на щеку, и за миг перед тем, как утонуть в нашем общем видении, я успела заметить, как обжигающий лед его глаз неожиданно потеплел."

"…Петля заколдованного замка щелкает в гнезде, и темноту разрезает голубоватая вспышка. Это огромное нахальство повесить круглый навесной замок на перила Королевского моста, откуда, как на ладони, виден Алмерийский дворец, но я уверена, что Его Высочество простит мне хулиганство. Принц испытывает ко мне слабость и прощает все, даже возмутительную дерзость.

– Ты знаешь, что его невозможно снять? Не боишься так сильно рисковать? – Влад смотрит со снисходительной улыбкой.

Он не разделяет удушающего сумасшествия, охватывающего меня. Он всегда раздражающе спокоен и собран, а мою грудь разрывает от клокочущих внутри чувств. Кажется, я даже не могу улыбаться.

Пытаюсь пальцами обхватить запястье Влада, но рука слишком мала, чтобы обвить его полностью, как кольцом. Разрыв выглядит тревожно. Искать во всем знаки – это признак любви?

– Я хочу стать твоим замком, – шепчу я…

Убрав руку от лица Влада, я вернулась в реальность. Густое и насыщенное воспоминание кружило голову, как крепкое вино, и впервые за много времени в ней не осталось места ни для одного проклятого слова.

– Не веди себя как мерзавец. Ты не такой, – прошептала я. – Я уверена, что не смогла бы влюбиться в мерзавца.

– Ты слишком мало знаешь о самой себе. – С короткой улыбкой он протянул мне зажатый между пальцами сложенный листочек с адресом. – Прощай, Анна.

Влад ушел, оставив меня наедине с украденным воспоминанием и старым домом с темными окнами. Прежде чем уйти, я настырно вернула записку на место.

* * *На три дня столицу и пригород накрыло серыми низкими тучами. Окрестности маленького особнячка омывал дождь, стучал по крыше, змеился по оконным стеклам.