Наследница Асторгрейна. Книга 2

Я сглотнула слюну, ставшую комом в пересохшем горле, и сильнее сжала вспотевшими пальцами спрятанный в складках нож.

Вокруг пели птицы, журчали фонтаны, пестрела яркая зелень. В воздухе разносился тонкий аромат экзотических цветов. Все было мирно и спокойно, и ничто не предвещало грозы.

***

Путь до Лиссавии в этот раз показался мне намного короче, чем в первый раз. Странное дело, но на обратную дорогу всегда тратится меньше времени. Я задумалась над этим парадоксом, вытянувшись в струнку на сиденье, напротив Иэлениль. По праву старшей даханни, она заняла паланкин вместе со мной, а моим юмати пришлось отступить и следовать в арьергарде.

– Ты чересчур напряжена, – сладко пропела моя помолодевшая за последние дни бабка. Теперь, когда мы сидели в метре друг от друга, я видела, насколько посвежело ее лицо, вновь обретя упругость молодости. – Скажи мне, ты волнуешься? Этот Маллокен сущий наглец! По Закону, он должен был преподнести свой дар в день Аукциона, на глазах у старейшин, но ему позволили так…

– Кто позволил? – выдавила я из себя, отводя взгляд. Слишком уж проницательной была Иэлениль, чтобы позволять ей заглядывать в мои глаза.

– Старейшины. Разве ты не помнишь, кто твой брат? Эймос работает на Тайную канцелярию, а там уже давно озабочены только одной идеей – как поймать этого Даннахана. И вот наконец их мечта исполнилась. А за одно и мечта твоего отца. Теперь осталось только свершить акт мести. И это так символично! – Иэлениль откинулась на спинку сиденья и самодовольно усмехнулась. – Сын заклятого врага и бывшего кровного брата умирает от руки собственной ширам!

Я дернулась, словно думала выпрыгнуть из паланкина наружу, но даханни ухватила меня за руку, выворачивая запястье, и я поблагодарила Двуликого за то, что кинжал оставался в другой.

С непривычной для женщины силой, она откинула меня назад, вглубь паланкина, нависла надо мной, вжимая мне в грудь ледяную ладонь, и сквозь зубы прошипела:

– А ну сядь, маленькая дрянь! Ты кого обмануть хотела? Меня? Да я знаю все твои мысли, даже те, что не известны тебе самой!

– Я не знаю, о чем вы, – мое сердце стучало так, будто собиралось выпрыгнуть из груди, острая боль в вывихнутом суставе не давала сосредоточиться, на глаза навернулись слезы, а в душе зарождался ледяной ужас, – я ничего не сделала!

Иэлениль провела рукой вдоль моего тела, и в ту же секунду я поняла, что оно мне больше неподвластно. В моем мозгу билась в панике только одна мысль: что делать?! Но я не могла шевельнуть даже пальцем.

Иэлениль провела рукой вдоль моего тела, и в ту же секунду я поняла, что оно мне больше неподвластно. В моем мозгу билась в панике только одна мысль: что делать?! Но я не могла шевельнуть даже пальцем.