Маленькая незнакомка (ЛП)

— И что?

Мое тело горит от предвкушения, хотя я борюсь с этим. Он так близко, и от этой близости в легких становится тяжело, когда его взгляд опускается к моему рту, а затем постепенно поднимается обратно к глазам.

— Меня устроит только то, что ты научишь меня этому.

— Ты что, издеваешься надо мной?

Ухмыляясь, он качает головой.

— Ты обещаешь никому не говорить?

Он поднимает свой мизинец между нами, и я впиваюсь зубами в нижнюю губу, чтобы подавить улыбку, когда мой мизинец обхватывает его. От прикосновения нашей кожи электрический разряд пробегает по руке, спускается по груди, останавливается между ног, и я стараюсь выровнять дыхание, не отпуская мизинцы и подаваясь вперед, не забывая свободной рукой поправить полотенце, чтобы прикрыться.

Малакай намного крупнее меня, как по мускулам, так и по росту, поэтому он всегда доминирует надо мной, когда мы обнимаемся в постели - он идеальная большая ложка (Человек, который обнимает другого - это большая ложка). Но это совсем другое. Это не лежание в его объятиях и борьба с моими демонами, не просмотр фильма, когда его колено случайно ударяется о мое, не ношение меня на спине, когда мы прыгаем по воде в бассейне или на пляже во время отпуска.

Это нечто большее - я никогда не знала, что мне нужно от него большее.

Я опираюсь на одну прямую руку, когда он ложится на спину, так что мое тело наполовину нависает над ним.

— Ты уверен? Тебя не беспокоит, что мы брат и сестра?

Глупый вопрос. Он поднимает бровь в ответ.

— Перестань так говорить.

Мои волосы падают мне на лицо, достаточно длинные, чтобы он намотал локон на палец и слегка потянул, придвигая меня ближе к себе, отчего мои голые ноги прижимаются к его ногам, вызывая покалывание в позвоночнике и нагревая щеки.

— Помнишь, мама запрещала нам целоваться в губы, когда мы были младше? Ты говорил, что нам можно, потому что мы братья и сестры, но из-за этого у нас были неприятности. Это, несомненно, доставит нам еще больше неприятностей.

Он поцеловал меня, когда я сидела за пианино, нежно чмокнул, и мы всегда так делали, особенно ночью, перед сном. Я всегда считала это нормальным, пока однажды, когда мы играли с мамой и папой в настольную игру, я не прижалась к его рту, радуясь нашей победе, и наши родители не вышли из себя.

Но Малакай ничего мне не отвечает, он просто играет с моими волосами, поднося их к носу, чтобы вдохнуть клубничный аромат, как он всегда это делает. Он просто очарован моими волосами - ему постоянно нужно их трогать, нюхать, играть с ними.

Я знаю, что эти маленькие взаимодействия неправильны, но это не мешает мне наслаждаться ими.

Он чуть сильнее тянет меня за волосы, заставляя опустить свое тело к его телу, и мы оба дышим одним и тем же воздухом, когда мои нервы сдают.