Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Что желаете отведать сегодня?

Скрывающийся в тени Шэнь Цинцю поневоле потер лоб.

Этот Ло Бинхэ… такой невыносимо глупенький, милый и наивный.

Готов сносить непосильный труд, издевательства, побои, несправедливые попреки; ни слова не вымолвит против того, кто присваивает себе его заслуги, взамен награждая лишь пинками да затрещинами, заставляя после и без того тяжелого дня трудиться на кухне… кхе-кхе, ну ладно, хотя бы в бóльшей части из этого сам Шэнь Цинцю не замешан.

Проследив, как эта воображаемая парочка – учитель и ученик – удалились по направлению к Бамбуковой хижине, продолжая болтать, Шэнь Цинцю покинул свое укрытие, не переставая задаваться одним вопросом.

Поскольку это Царство снов Ло Бинхэ создал персонально для себя, логично было предположить, что он поместил туда те воспоминания, которые он ценит превыше всех прочих. Но тогда, позвольте спросить, где же Нин Инъин? Разве она не должна главенствовать в воспоминаниях о пике Цинцзин?

Сновидения – самое правдивое отражение таящихся в сердце истинных чувств, здесь нет места притворству и самообману.

"Пожалуй, сама мысль об этом была чересчур тщеславной, но… если просто предположить… быть может… хотя бы отчасти… существовавшая между учеником и учителем взаимная привязанность занимала в сердце Ло Бинхэ несколько больше места, чем когда-либо представлялось Шэнь Цинцю?

По крайней мере, похоже, он таки подарил Ло Бинхэ какие-то не лишенные приятности моменты, о которых его бывший ученик, по крайней мере, мог вспоминать без отвращения.

И все же… быть может, причина крылась в том, что Ло Бинхэ не лишен мазохистской жилки? Не то чтобы Шэнь Цинцю стремился опорочить главного героя, но… Воспоминания о том, как тебя заставили в наказание пробежать десять кругов, ни под каким углом нельзя счесть прекрасными, не так ли?

Внезапно по шее Шэнь Цинцю поползли мурашки, будто по позвоночнику поднимался чей-то одновременно леденящий и обжигающий взгляд.

Он машинально обернулся. О стебель бамбука опирался облаченный в черное Ло Бинхэ со скрещенными на груди руками, уставив неподвижный взгляд на Шэнь Цинцю.

Некоторое время они безмолвно таращились друг на друга.

…собственной персоной?

Так и есть, собственной персоной!

Первой реакцией Шэнь Цинцю было развернуться на каблуках и дать деру, однако усилием воли он остался на месте, придав лицу как можно более естественное выражение.