Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Окружившие павильон адепты Хуаньхуа созерцали разворачивающуюся перед ними сцену с отвисшими от изумления челюстями. Ло Бинхэ, однако, вовсе не обращал внимания на посторонних, всецело сосредоточившись на схватке с Лю Цингэ. Сгустившаяся вокруг них духовная энергия прямо-таки кипела, то и дело выстреливая во всех направлениях. Выражения лиц противников делались все более яростными, так что никто из адептов не осмелился бы приблизиться к ним из страха попасть под горячую руку [9].

Ну а Шэнь Цинцю, в свою очередь, не настолько этого страшился, чтобы оставаться сторонним наблюдателем.

…Чересчур, все это, вашу мать [10], чересчур!

Каким бы буйным ни было воображение Шэнь Цинцю [11], он никогда не мог себе представить, что однажды станет одним из действующих лиц этой извращенной игры. Тот, кого сжимал в объятиях Ло Бинхэ… он ведь мертв, правда ведь? Уж он-то может быть уверен в этом на все сто – ведь это его собственное тело!

Это уже вышло за рамки случая: «если подумать, то это просто ужасно [12]» – тут и думать нечего, все хуже некуда!!!

И все же, хоть ему становилось дурно от одного взгляда на все это безобразие, он не забыл, зачем сюда явился.

Ведь, помогая Лю Цингэ, он тем самым поможет и самому себе (во всяком случае, своему подвергшемуся надругательству телу!)

Когда Шэнь Цинцю беззвучно скользнул за спину Лю Цингэ, тот подумал было, что к нему с тыла подбирается еще один неприятель, и, оскалясь, приготовился оглушить нового соперника, но тут на его спину легла ладонь, через которую в меридианы хлынул плавный, но мощный поток духовной энергии.

И что-то в этом потоке показалось ему смутно знакомым.

Теперь перевес был на стороне Лю Цингэ, однако тот не стал бросаться в бой очертя голову, вместо этого украдкой покосившись за спину.

Его глазам предстал лишь размытый образ, словно скрывающий под собой истинную внешность [13].

– Кто ты? – неслышно шепнул Лю Цингэ."

"Шэнь Цинцю не ответил, усилив поток энергии – два потока слились воедино. Хоть Ло Бинхэ выдержал удар, пройдя сквозь него, волна боевой энергии ударила по трупу в его руках – заклинатель был способен рассеять ее, мертвое тело же – нет. Не отпусти его Ло Бинхэ, оно бы просто-напросто взорвалось, так что все, что ему оставалось – разжать объятия.

Тело тут же отлетело, отброшенное волной духовной энергии.

Ло Бинхэ не сводил с него глаз, на его лице появилось выражение какой-то растерянной беспомощности. Шэнь Цинцю попросту не мог вынести этого зрелища [14]: казалось, его ученик вернулся в детство, когда у него силой отнимали все, что он любил.

Видя, какой оборот принимают события, несколько адептов хотели было вмешаться, но Ло Бинхэ гаркнул на них:

– Не трожьте! – стоило ему взмахнуть рукавом, как с той стороны послышались крики боли.